Каждый день тебе предлагают бога — по каплям, как валерьянку.
Ты стараешься быть послушной — принимаешь, хоть не нужно.

В доме растут колонии пыли,
простывает заслуженный ужин,
но тебе негуманно влезают в душу,
выворачивая наизнанку.

Тебе говорят:
"Глупая, хватит!
Смиряйся, пока не поздно!
Бог ещё на руках поносит,
а после — возьмёт и бросит!"

Ты, тоскуя, мычишь невнятное в трубку...

За окном созревает осень,
хмурится, перебирает платья,
вживаясь в образ немилой крёстной.

А тут назойливо предлагают бога — ну попробуй же, это вкусно!
Вталкивают в рот приторный пряник, на всякий случай грозя кнутом.
Тогда ты, вдыхая поглубже, вспоминаешь о городе золотом,
и Бог, касаясь лёгкой ладонью, возвращает все реки в русла.

И ты, отбиваясь от слов жужжащих,
говоришь про "заигравшие" дрожжи,
подтверждая, что жизнь тебя не тревожит,
раз ты печёшь пироги.

Но голос в трубке болит,
и ты шепчешь ему — голосу, в котором света — ни зги:
"Ма-ма... Не бойся. Не бойся жить.
Бог с тобой.

И со мной — тоже..."



Уже Другая