Напиши мне письмо на линованной плотной бумаге,
запечатай конверт сургучом и отправь в никуда.
Пусть хранит белый лист неизвестные тайные знаки,
как хранит пламя жизни замёрзшая насмерть вода.

"В никуда" – это много надёжней, чем "Почта России".
Тыщи лет наблюдений, статистика, верю, не лжёт –
доходили депеши, бумажные страсти, и даже мессии
уводили по этому адресу целый народ.

Я не знаю, когда, но письмо до меня доберётся,
и его передаст ранним утром седой почтальон.
Из сумы перемётной он вытащит мятое солнце
в штампах дальних галактик и с марками чьих-то времён.

Я раскрою конверт, обжигаясь и дуя на пальцы,
и достану линованный синим потёртый листок.

И в душе шевельнётся досадливо острое жальце –
почёрк твой, к сожаленью, почти нечитаем, притом кособок.

Что ж... Похоже, всё тайное снова останется тайным,
но сгодится и это в преддверии бурной воды –
я сложу по линейкам кораблик и в кремовой спальне
буду ждать часа "че"...
Передали, что тают полярные льды...



Уже Другая