Дожить бы до весны, до тёплого рассвета,
увидеть новый смысл за душной шторой слов,
но майские мечты отменены декретом,
и снова сон увёл гаммельнский крысолов.

А впереди февраль, срастивший воедино
рождения и смерть, и что-то там ещё...

Привычно тяпнет ночь флакон валокордина
и вновь подставит мне костлявое плечо.
Мы просто помолчим: ведь всё и так понятно -
прошедших через боль уже не обмануть.
Мы просто помолчим и выпьем чаю с мятой,
а звёзды в мир прольют крупитчатую ртуть.
И я просплю февраль, как делают все кошки,
и примет тёплый мрак удушливость тоски.
А в марте, как обвал, - влюблённость понарошку,
и старая игра, и звонкие стихи.

В преддверии весны и яркого рассвета
положено давать амнистию любви,
но...

глупые
мечты
отныне
под
запретом.
___________________________________________
Пришла пора писать себя на чистовик.



Уже Другая