[500x334]
[300x409]
...а ещё к нам дядька ездил. Он что кому не нужно забирал. А ему всё нужно было. Он не всегда ездил. Иногда. Он ко всем ездил. У него лошадка такая была, с тележкой. Она такая, как корыто деревянное. На колёсах. У него там лавочка была, а сзади корыто такое большое. А он на лавочке сидел. А от лошадки верёвки такие. Он за них управлял. Какую потянет, туда она и поворачивает. Он за них рулил. А ещё там слова нужно знать, чтобы лошадкой управлять. А у каждой лошадки нужно свои слова. А если другие слова, то она не поедет. А дядька был Дедок. И все говорили, что он Дедок. А он всё брал! Он и одежду брал, и книжки, и другие штуки всякие. Он всё в корыто складывал. И железо старое с крыши брал. Он денежки взамен давал. А сколько – неизвестно. Сколько давал, столько давал. Он сам знал. Он молчун был. Ничего не говорил. Только укал и рукой махал. Мы ему гирбулики подкладывали, а он укал на нас и рукой так прогонял. Слазил и гирбулики выкидывал. А мы ему ещё дощечки подкладывали. Он их тоже выкидывал. А я ему раз две книжки дал, а он взял. И две копейки дал. Ничего себе! А книжки плохие были. Они испорченные были. Только тяжёлые. Там карламаркса был. Там сначала листочки чистые такие, гладенькие, а потом такая копирка прозрачная, а за ней карламаркса на картинке. Такой с бородой и важный. Бабушка сказала, что он буржуй. А я карламарксу разрисовал, а он непохожий стал. А копирку оторвал, чтобы солдатиков сводить. У меня книжка есть, а там про революцию и картинки. А там и красные и белые. А белых интересней сводить, у них шинели такие. Они похожей получаются. А красные плохо получаются. А у меня много с карламарксой книжек. Они в ящиках. А какие я Дедку отдал, они плохие. В них Витюшка из ружья стрелял. Оно пульками воздухом стреляет. А он сказал, что ружьё всё, что хочешь прострелит. Только не железо. Железо пули не берут. Я карламарксу принёс, мы их поставили и Витюшка в них пулял. Только он их не прострелил совсем. Прям вообще! Пульки туда навтыкались и всё. А потом так открываешь, а она прям на картинке карламарксы открывается. И листать не надо. А другие листочки на пульках прикрепились. Зыкански! А у меня ещё Сталин есть и Ленин. Только в Ленина нельзя стрелять. А в Сталина можно. Его разоблачили. А Витюшка не стал в Сталина стрелять. Он сказал, что у него обложка специальная. Непробиваемая. Специально, чтобы не стреляли. А я карламарксу Дедку отдал. А он мне две копейки дал. А можно газировки попить два раза. Зыкански! А Дедок тряпки с лавки снял, положил карламарксу и накрыл. И сел сверху. А другие книжки он в тележку кидал. А я ему сказал, что у меня ещё много есть. Новые! Что я ещё сейчас принесу. А он на меня стал ухать и рукой махать. А потом встал с лавки и лошадку начал трогать. Кнутом её по заду два раза как огрел! И говорит – мумцу, мумцу. Прямо громко так. А потом я не видел, когда он ещё приезжал. А может и не приезжал. Бабушка говорила, может помер. Он Дедок был.

Художник. 23.11.2011 г