[показать]
Птицебыстрая, как я,
И еще быстрее.
В ней был вспевный звон ручья
И всегда затея.
Чуть ушла в расцветный сад,
С нею я, ребенок,
Вот уж в дом пришла назад,
Целый дом ей звонок.
Утром, чуть в лугах светло,
Мне еще так спится,
А она, вскочив в седло,
На коне умчится.
Бродят светы по заре,
Чада ночи древней.
Топот брызнул на дворе,
Он уж за деревней.
Сонной грезой счастье длю,
Чуть дрожат ресницы.
"Ах, как маму я люблю,
Сад наш - сад жар-птицы!"
Долгий, краткий ли тот срок,
Сны всегда - обновы,
А к крыльцу уж - цок-цок-цок,
Скок и цок подковы.
Вся разметана, свежа,
Все в ней - воскресенье.
Разве только у стрижа
Столько нетерпенья.
"Ты куда же в эту рань,
Мама, уезжала?"
В губы чмок - и мне, как дань,
Ландышей немало.
"Ну, скорее день встречай",
Я бегу веселый.
Как хорош душистый чай,
На сирени пчелы.
Мать веселия полна,
Шутками прекрасна.
С ней всегда была весна
Для зимы опасна.
Только вздумаешь взгрустнуть, -
У нее лекарство:
Мысль послать в лучистый путь,
В радостное царство.
"Ты чего там приуныл?
Морщить лоб свой рано".
И смеется, смех тот мил,
Плещет фортепьяно.
Знал я в ранних тех мечтах,
Как без слов любовен
Храмовой ручьистый Бах,
Вещий дуб Бетховен,
Как возносит в высоту,
Уводя из плена,
Шуман, нежащий мечту,
Лунный взлет Шопена.
Как пленительно тонуть
В Моцарте и Глюке.
И обнять кого-нибудь
Странно жаждут руки.
Как в родную старину
Мчит певучий Глинка.
С ними к творческому сну
Льну и я, былинка.
Сладко в память заглянуть,
В глубь такой криницы,
Где подводный виден путь
К сказке Царь-Девицы.
Так предвидя, угадать
Сказ о дивном зелье
В жизни может только мать,
Мудрая в веселье.
И поздней, как дни, созрев,
Меньше дали света,
Превращать тоску в напев
Кто учил поэта?
Был иным я утолен,
Знал иные жажды,
Но такой лучистый сон
Снится лишь однажды.

Константин Бальмонт

Средь суеты и праздных дней не забывайте матерей, они печалятся в разлуке. Пишите письма матерям, звоните им по телефону.  Они так радуются вам, любому вашему поклону. Как прежде их сердца объяты тревогой за своих детей.