[показать]
Жизнь и Космос нерасторжимы. "Живая Вселенная" - центральная идея в учении великого русского космиста, основоположника теоретической и практической космонавтики Константина Эдуардовича Циолковского (1857-1935), чье имя стало символом ХХ века и ознаменовало начало космической эры. В натурфилософском плане - жизнь не просто порождение Вселенной, но и ничто без нее. Растения и животные не могут существовать без солнечного света и излучаемой им энергии. Птицы при ночных перелетах ориентируются по звездам и Луне, а во время сезонных миграций - по магнитным и иным космическим полям. Человек тоже всецело планетарное, солярное и космическое существо. Homo sapiens - это всегда Homo cosmicos.

Циолковский - не только гениальный ученый, по праву ставший символом науки ХХ века, но еще и гениальный философ-провидец. Его идеи во многом опередили свое время, быть может, на века. В своей "космической философии" он наметил почти все основные направления, которые лежат в основе бионоосферной теории, и всюду, где только можно, проводил идею жизнесущности мироздания. В основополагающем философском эссе "Монизм Вселенной", систематически обобщающем идеи великого русского мыслителя, содержится своего рода возвышенная космическая оратория в честь материи, человека и его счастливого будущего. "Я хочу привести вас в восторг от созерцания Вселенной, - обращается к современникам и потомкам калужский мудрец, - от ожидающей всех судьбы, от чудесной истории прошедшего и будущего каждого атома. Это увеличит ваше здоровье, удлинит жизнь и даст силу терпеть превратности судьбы. Вы будете умирать с радостью и в убеждении, что вас ожидает счастье, совершенство, беспредельность и субъективная непрерывность богатой органической жизни".

Свободно оперируя колоссальными временными периодами, Циолковский подразделял космическое бытие человечества на четыре основные эры: 1) эра рождения (нынешняя эпоха развития цивилизации, положившая начало освоению космоса); 2) эра становления (расселение человечества по всему космосу); 3) эра расцвета (существование людей во взаимосвязи с другими космическими цивилизациями); 4) терминальная (или лучевая) эра (когда в результате несоизмеримого с нынешними мерками развития человечества оно сольется со всем космосом). Каждая эра может продолжаться несколько миллиардов лет, а в отношении последней Циолковский предупреждал, что в настоящее время идею "лучистого человечества" понять практически невозможно (она представляется нелепой и абсурдной), "однако удивительные предчувствия никогда не обманывали мыслящего человека".

В эволюции Космоса решающая роль, по Циолковскому, принадлежит свету и другим электромагнитным явлениям. Так, на четвертой стадии лучевой (терминальной) эры корпускулярное вещество превращается в лучевое, а "человечество становится бессмертным во времени и бесконечным в пространстве", перейдя в лучистую форму высокого уровня. В результате мозг высших организмов превратится в необратимую форму лучистой энергии, наиболее совершенную форму материи вообще, обладающую каким-то особым космическим сознанием, развитом в мировом пространстве. Возникает Лучистое человечество. Смелые выводы Циолковского как бы конкретизируют на естественнонаучной основе мысль, ранее высказанную, Владимиром Соловьевым: "Древняя наука догадывалась, а нынешнее доказывает, что органическая жизнь есть превращение света".

В конце жизни Циолковский задался целью сформулировать квинтэссенцию своих взглядов, своего рода свод космических истин, служащих во всякие времена неисчерпаемому познанию "вечной юности Вселенной". Очерки эти были в вчерне готовы, но увидели свет спустя почти что шесть десятилетий. Углубляя систему нового мировоззрения и новой методологии, великий русский космист продолжил обоснование зависимости судьбы человека и человечества от судьбы Вселенной. Допуская как нечто вполне естественное существование "миллионов миллиардов планет", населенных живыми и разумными существами, Циолковский идет дальше, пытаясь представить социальную организацию Вселенной: от президентов солнечных систем их групп (куч) до президентов млечных путей, эфирных островов и всего Космоса.

Однако главная задача ученого - познание физических, биотических, психологических и иных закономерностей Большого Космоса, рассмотрение его в эволюции при условии, что время "бесконечно - сзади и спереди". В "Очерках о Вселенной" продолжается поиск аргументов для обоснования тезиса о жизненно-чувственной природе Вселенной. Космос есть живое существо. Жизнь - везде и всюду. Точно так же везде и всюду - чувства. "Материя выражается соединением времени, пространства, силы и чувства (факт: где есть чувства, там есть и материя и обратно: где есть материя, там есть и чувство, хотя и близкое к нулю). Эти четыре свойства материи неотделимы друг от друга, т.е. в отдельности не существуют. Если мы замечаем где-нибудь, например, пространство, то там же будут и остальные три качества материи".

Космическое кредо Циолковского: состояние Вселенной никогда не изменяется: она никогда не умирает, не погасает, а "вечно цветет солнцами, планетами и жизнями". Она вечно юная или мужественная - в полном расцвете своих сил. Она бессмертна не только в отношении постоянства материи и сил, но и в отношении всегда бурной ее жизни - органической и неорганической. Венчают Космическое завещание Циолковского размышления о Боге. Вселенная - это и есть Бог. "Во власти и могуществе К О С М О С А сомневаться нельзя. Нами распоряжается, над нами господствует К О С М О С".

Еще древние мыслители, сравнивая знания с кругом, а незнания - с областью, находящейся за его пределами, - говорили: чем больше круг (то есть чем больше достигнутое знание), тем больше точек соприкосновения его окружности с границами незнания (то есть тем больше проблем возникает перед наукой). Циолковский также подчеркивал: "Вся известная нам Вселенная только нуль и все наши знания, настоящие и будущие, ничто в сравнении с тем, что мы никогда не будем знать. <...> Изучение Вселенной ... никогда не будет закончено. Наше знание - капля, а незнание - океан". Космическое учение Циолковского не воздвигает преград на пути познания и освоения Вселенной ни в ширь, ни в глубь. Оно не накладывает ограничений и на скорость космических полетов, опираясь в данном вопросе на внутреннюю логику природы, получающую свое отображение подкрепленных не практике законах физики, небесной механики и навигации, космонавтики, космологии.

Циолковский давно открыл в себе необычный для обыкновенных людей дар общения с неизвестными разумными силами (впоследствии в эссе именно под таким названием он расскажет о своих чудесных видениях). Должно, быть с того самого мгновения, когда встретился лицом к лицу со смертью. Случилось это в молодые годы, еще до переселения в Калугу: шел в темноте домой по льду реки и вдруг провалился в прорубь. Ситуация казалась безвыходной: Безносая старуха уже сжимала горло костлявой рукой, а перед глазами, как это обычно случается, промелькнула вся прошедшая жизнь. Но вкарабкался - только вот совсем по-другому мир стал воспринимать. Не знал, что психологи называют пережитую такую предсмертную ситуацию пограничной: прошедшие сквозь нее обычно точно заново нарождаются на свет и становятся совершенно другими людьми - по мировосприятию. Так и он, Циолковский, стал после того случая по ночам разговаривать с "ангелами" (об этом он впоследствии и уже в глубокой старости сам рассказал писателю Виктору Шкловскому). "Ангелы" - название, конечно, сугубо условное: просто другого подходящего слова не нашлось в обычном лексиконе. Но факт на лицо: во сне или в полудреме перед ним вдруг появлялись лики или фигуры благообразных и человекоподобных существ, которые вступали с Циолковским в высокомудрые разговоры.

В принципе, как пророк, Циолковский предсказал и реакцию современников на свои гениальные озарения... Окружение Циолковского совершенно не понимало его философии.