О, если б мог и я, чтоб петь свои эклоги,
Спать ближе к небесам, как спали астрологи;
У колоколен жить, чтоб сердцем, полным снов,
Впивать торжественный трезвон колоколов;
Иль, подпершись рукой, с мансарды одинокой
Жизнь мастерской следить и слушать гул далекий,
И созерцать церквей и труб недвижный лес, -
Мечтать о вечности, взирая в глубь небес.

Как сладко сердцу там, в туманной пелене,
Ждать первую звезду и лампу на окне,
Следить, как черный дым плывет в простор клубами,
Как бледная луна чарует мир лучами.
Я жажду осени и лета и весны.
Когда ж придет зима спугнуть уныньем сны,
Задернув шторами скорее мрак холодный,
Я чудные дворцы создам мечтой свободной;
Увижу голубой, широкий кругозор,
Сады, фонтанов плач, причудливый узор
Бассейнов; резвых птиц услышу щебетанье
И нежных, жарких уст согласное слиянье...
Опять идиллию мне греза воскресит;
Пусть вьюга яростно в мое окно стучит,
Не подниму чела, охвачен сладкой страстью -
Опять вернуть к себе Весну своею властью,
Из сердца жаркого луч солнца источить
И ласку теплую мечты кругом разлить.

Шарль Бодлер