В этом году из-за этого антидепрессанта уже как минимум два уголовных дела о контрабанде наркотиков возбудили: в отношении Дарьи Беляевой, которая выписала себе этот препарат (вернее, «Элонтрил», его содержащий) из Польши, и сотрудников интернет-магазина «Виагра гуру», закупивших у индусов таблетки Unidep (туда тоже входит бупропион, и предназначены они для тех, кто собирается бросить курить).
Про сам бупропион я вам когда-то вкратце уже рассказывал. Антидепрессант как антидепрессант, ничего такого. Его в России продавали, вплоть до 2016 года. А потом раз — и исчез из аптек. И фирма-производитель, которая им занималась на российском рынке, ушла. И отозвала лицензию на препарат. Почему?
Да потому, что кто-то очень бдительный заметил структурное химическое сходство бупропиона с эфедроном (был в 90-е популярен такой наркотический стимулятор, его ещё знали, как «винт»). Заметил — и всполошился.
В итоге получился интересный юридический казус: в России бупропион не входит ни в один из четырех списков веществ, ограниченных к обороту, но правоохранительные органы считают его производным наркотика эфедрона. И делают соответствующие выводы и телодвижения.
Адвокат одного из обвиняемых по уголовному делу о закупке бупропиона обратился в Российское общество психиатров с запросом: является ли бупропион наркотиком. Там эту тему тщательно проработали и дали заключение:
«По имеющимся данным бупропион не вызывает эйфории, синдрома зависимости и не является объектом массового злоупотребления» — это если вкратце. То есть, заключили, что это не наркотик. При этом, как подчеркивает РОП, несовершенство российского законодательства позволяет классифицировать как производное наркотика «даже имеющиеся на рынке и имеющие неограниченный оборот лекарственные средства».
Так что ждём уголовных дел по факту выращивания, продаж и закупок петрушки...