Последней нашей остановкой в этот день был посёлок Рабочеостровск. Это недалеко от города Кемь. Здесь мы разместились в местной гостинице «Причал».
Вот я сфотографировала какую-то здешнюю церквушку:

[700x525]

Но вообще этот Рабочеостровск - самое что ни на есть захолустье. Единственная достопримечательность здесь - место, где снимался фильм Лунгина «Остров».
Собственно, туда мы и отправились, предварительно побросав своё барахло в номерах. Да, моя вольница кончилась: только я расположилась в свом номере, как ко мне постучали: «Меня к вам подселили». Оказалось, наш гид. Ну, что ж, не самая плохая компания. Наша «мама» вообще классная тётка оказалась, поэтому я, если и была недовольна, то совсем чуть-чуть. Кстати, у меня бы всё равно сил ни на что не осталось: ни в этот день, ни, тем более, в завтрашний.
Местная гостиница тоже оказалась вполне приличной. Попроще, конечно, но ничего плохого про неё сказать не могу. Ванна есть, санузел работает - чего же боле? А для такой дыры это вообще отель «Плаза» [показать].
Кемь стоит на одноимённой реке, почти у самого Белого моря. Рабочеостровск, видимо, ещё ближе. Во всяком случае, до пристани там рукой подать.
Наш водитель уехал - его работа кончилась. И этот большой уютный дом на колёсах (я настолько в нём освоилась за все эти поездки, что часто сидела, забравшись с ногами на сиденье), увы, тоже укатил.
А когда мы все вывалились на крыльцо нашей гостиницы - я её не сфотографировала - как-то  забыла, но вот другой домик, похожий:

[700x525]

... то выяснилось, что случилось маленькое ЧП: Наташа потеряла паспорт. И не только его, но и водительские права, и фотоаппарат - это у неё всё было в маленькой сумочке-кармашке. И меня приятно поразило, как большинство из нашей группы сочувствовали ей, пытались поддержать и, между прочим, помочь дельным советом (справку там какую-то получить, чтобы её в поезд пустили без документов). Общими мозговыми усилиями пришли к выводу, что сумочку она, вероятнее всего, забыла в кафе на заправке, где мы ненадолго останавливались по пути из Медвежьегорска в Рабочеостровск (ну, останавливались мы немного по другому поводу, вообще-то, но, кто хотел, зашёл в кафе. Я там не была). Татьяна проявила себя чутким и расторопным человеком: она пошла к администрации гостиницы (они в другом доме располагались), вылезла в Сеть, нашла телефон этого кафе, дозвонилась туда...
В общем, сумочку нашли - Наталья действительно её в этом месте забыла. Там всё было в целости и сохранности [показать]. Кроме паспорта, блистающего своим отсутствием. Самые участливые из наших (а это были Ирина и Бухгалтерша) начали ей советовать поискать пурпурную книжицу получше в своих вещах (и забегая вперёд, скажу, что они оказались правы: паспорт наша растеряшка тоже нашла - она просто его куда-то так хорошо засунула, что сама забыла [показать]). Татьяна позвонила водителю, попросила заехать в кафе забрать сумочку. Сюда назад он, конечно бы, не поехал - поздно уже и вообще. Решили сделать так: в Петрозаводске водитель отдаст сумочку менеджеру «Лукоморья» Маше (той, с которой я переписывалась на этапе оформления путёвки), и уже она подойдёт с ней к поезду, на котором поедет рассеянная туристка, когда он будет стоять в Петрозаводске. Причём Маша эта с дачи, что ли, должна была приехать... Но у неё, как сказала Татьяна, и возражений не возникло типа: а чего это я должна из-за какой-то дуры свой выходной прерывать? И это, между прочим, тоже очень приятным откровением оказалось (не только для меня - у нас же там все бывалые [показать]). Всё-таки сейчас далеко не везде с вами будут так носиться. А тут - вошли в положение, отнеслись так по-человечески... Наташа потом извинялась (вот, мол, все меня ждут), благодарила, а ей в ответ: да бросьте, какие пустяки. Хороший у нас народ всё-таки - лишний раз в этом убеждаюсь. Или в Карелии воздух особый и люди здесь как-то чище, что ли? Добрее, нравственней... может, я наивно сейчас рассуждаю, но если сравнить с нами, вечно хмурыми петербуржцами (это действительно особенность жителей моего города - многие отмечают) и суетливыми, всё время куда-то несущимися москвичами... (это тоже не я выдумала), то сравнение будет не в нашу пользу. Встречалась я тут недавно с одним своим давним знакомым... мда [показать]. Впечатление - угнетающее. Усталый цинизм и «вера» в человечество удручают. От таких людей хочется держаться подальше, чтобы не заразиться их унынием и пессимизмом. Потому что - какого чёрта? Жизнь такая, какой её делаешь сам. И люди в массе своей хорошие, я убеждена в этом. А считать всех, я извиняюсь, говном - не противно самому-то жить в таком обществе?
Ладно, хватит об этом. В конце концов, слава богу, есть возможность выбирать, с кем общаться. С, гм, брейнфакерами не стоит, однозначно.
Ну, короче, когда с Наташиной проблемой более-менее разобрались, мы пошли гулять по посёлку. Вернее, целеноправленно порулили к месту съёмок фильма «Остров».
В Рабочеостровске было уже прохладно - северная часть Карелии всё-таки. Все оделись в куртки. Я облачилась в Ольгины штаны, спортивные тапки, свитерочек и джинсовую куртку. Идём, значит, на место съёмок глазеть - а местные в майках ходят! Закалённые [показать].
Вот типичный беломорский пейзаж:

[700x525]

Вода и куча камней.

А это объекты съёмок:

Барак (или что-то вроде - я кино не смотрела):

[700x525]

И церквушка:

[700x525]

Татьяна нам рассказала, что здесь вроде как была заброшенная церковь. Заколоченная даже (или это уже мои домыслы?) Ну, киношники её подправили, привели в порядок немного, вроде даже там жить можно стало. Потом её облюбовали местные бомжи, а позже появился человек - священник, который освятил церковь, и теперь она, как будто, действующая. «Только, - заметила Татьяна, - я так думаю, никакой он не священник».
Вскоре мы вошли внутрь и познакомились с этой местной знаменитостью. Священник оказался таким довольно бойким мужиком средних лет - с бородой, в пиджаке и поповской шапке (не знаю, как она называется, невысокая такая, в форме сглаженного конуса). Стрёмный тип, честно говоря.
«О! - говорит весело. - Кто к нам пришёл!» - ну как-то так. Простой такой дядя. Рассказал немного - совсем чуть-чуть, что тут кино снимали. Ничего содержательного, по большому счёту. Ну, иконы сзади - это киношники принесли. Он их освятил, теперь тут церковь. Много чудес он тут видел... У него там был такой примитивный алтарь сооружён: на столбе большой камень, а к нему как-то свечка прикреплена. А сбоку у входа на столе - грубо сколоченный ящик для пожертвований, фотки какое-то. И кресты. Кресты меня умилили. Образец примитивного искусства: две деревяшки, сбитые (или вообще связанные) крестообразно размером сантиметров 10 в длину и 5 в ширину.

Мы почти все поспешили слиться оттуда. Ирина шёпотом сказала мужу: «Дай ему 10 рублей на водку» (в смысле, в ящик для пожертвований, конечно). А вот Карен с Натальей задержались. Карен вообще такой, как я понимаю, любитель новых ощущений и охотно общается с самыми разными людьми. Мне кажется, он из тех, кому интересна жизнь во всех её проявлениях. Я уже писала, как мне была симпатична именно эта пара.
А вот ещё крест у церкви:

[525x700]

Вообще в Карелии много таких крестов: с «домиком» наверху. Это, как где-то объяснили, делалось с чисто практической целью - защитить кресты от дождя, чтобы не гнили. Крыша такая своеобразная.
Пока мы шли назад, я немного поговорила с нашим гидом. Уж не помню, как мы вышли на мою встречу в Сортовале, она, вроде бы, поинтересовалась, откуда у меня цветы. И я откровенно сказала, что я писатель, пишу романы, а на пристани были мои самые преданные поклонники. Ну, может, чуть больше рассказала, сейчас уже не вспомню.
Уже в номере она спросила, пойду ли я на ужин в местное кафе. Я ответила согласием (как-то глупо было отказываться... в смысле, мне это и в голову не пришло). Татьяна почти сразу ушла, а я чуть позже отправилась туда. Деньги мои подходили к концу, но от ужина я решила не отказываться.
В кафе мы с Татьяной оказались за одним столиком с Ириной и Николаем. И я ни секунды об этом ни пожалела.
Ира - совершенно потрясающая женщина [показать]. Ещё раньше выяснилось, что она преподаёт русский язык и литературу в одной из московских школ (что уже меня удивило), но главное, как я поняла из разговора с ней, она - фанат своего дела (это я так сказала, послушав её немного, а её муж с улыбкой добавил: «Я бы сказал: «маньяк»). И при этом она не размазня - а с нынешними детьми только так и надо - и умудряется даже удовольствие от своей работы получать. С такими детьми... мда [показать]... это и вправду должно быть призвание.
Ира много чего рассказывала - интересного и, гм, познавательного. И всё так ярко, эмоционально, с юмором... Хорошо, что у нас есть такие учителя! [показать] Я была от неё в полном восторге [показать] [показать] [показать].
Приведу здесь пару случаев, рассказанных ею, которые меня особенно поразили. В моём пересказе они, конечно, прозвучат бледно, но я постараюсь передать как можно точнее её неповторимую манеру. Думаю, получится. Яркие люди - они запоминаются [показать].
Значит, вот такой случай у неё был в пятом или шестом классе (детям - героям этой истории лет по 12, как я поняла, или даже меньше).
В общем, один ученик - из слабеньких, безнадёжный троечник, как-то пришёл подготовленный. Она его поспрашивала (про какие-то глаголы), он довольно хорошо ответил, получил заслуженную четвёрку, и Ирина его даже похвалила: «Молодец! Вижу, что учил». Потом она спросила другого мальчика, который учился лучше. Он был плохо подготовлен, и она поставила ему тройку. И вот этот шкет начал выступать: «А вы ему более лёгкий вопрос, чем мне, задали! Я бы на такой тоже ответил!» (в этом месте рассказа Ирина заметила: «Я уж не стала ему говорить, что, мол, в советское время тебя за такое бы из школы вытурили». А я сейчас пишу и думаю: а вот бы Снейпу кто такое осмелился сказать! Отработка на все выходные до конца школы была бы гарантирована! [показать]). Ну, Ира логично возразила, что тот ученик подготовился, и что он, между прочим, молодец: он к учёбе серьёзнее относится и через несколько лет, возможно, превзойдёт этого своего более успешного (пока что) одноклассника. И как вы думаете, что недовольный оценкой сопляк ответил на это? «Через несколько лет, - заявил он, - я с ним даже здороваться не буду! Потому что мы будем стоять на разных ступенях социальной лестницы».
Как вам такое? Я была - ну, не скажу, что в шоке, - но неприятно удивлена [показать]. Мальчик лет одиннадцати такое заявляет! Уже ставит себя выше товарища, уже считает его человеком второго сорта. И даже не понимает, что без мозгов далеко не уедешь. И родительские деньги можно просрать только так - и фирма процветающая разориться, и государство может наехать или там банк какой, и свои же сотрудники обчистят - если ума нет.  Ну, словом, вот такие нынче детки [показать]. Так воспитанные.

Страшно и грустно [показать] [показать] [показать].

И вторая байка. Тоже очень невесёлая. Опять же пятиклашки читали на уроке рассказ про собаку. Чей - не суть важно, но рассказ хороший, правильный. О том, как люди взяли собаку, выкормили её, а когда лето кончилось, бросили (может, с дачи уехали или ещё что). Ну, словом, собака опять брошена, воет, тоскует..
Ира говорит: обсуждаем рассказ, и все, вроде, говорят правильные слова: мол, плохо поступили, как же так, это предательство, собаку жалеют... А незадолго до звонка она предложила ученикам: дети, напишите свои мысли по поводу рассказа. Вот просто мысли - любые. И один мальчик написал следующее: «Они зря бросили собаку: за лето она отъелась и из неё можно было сделать шаурму». Ира потом показала этот в высший степени практический/циничный (нужное подчеркнуть) перл одной старенькой учительнице, 75 лет. В присутствии этого мальчика. И та спрашивает в шоке: «Деточка, скажи, ты ведь пошутил, правда?» А мальчик молчит, как вьетнамский партизан, и совершенно очевидно, что он писал это вполне серьёзно.
Как это всё... я даже не знаю, что сказать. Почему дети такие злые? [показать] Та самая святая детвора...
Ой, она ещё много чего порассказала. Её основной принцип, как педагога: она бьётся за этих детей, как может. Постоянно их водит на экскурсии, во всякие литературные музеи и т.д. Даже за границу. По-другому, говорит, не могу. Верит, что, может, хоть как-то что-то у кого-то останется. Зацепит, заденет. Она пытается из них людей воспитать, хотя это, наверное, мартышкин труд. Но Ира всё равно работает с полной отдачей. И за это я очень её уважаю [показать].
Я не знаю, может, это именно в Москве такие дети? Вряд ли, конечно, но там это особенно ярко проявляется. И, возможно, чаще, чем в других городах. Москва зажралась, это все знают. Там уже ни одно поколение подрастает с подобными извращёнными представлениями. И из ещё одного рассказа Ирины это явствует с особенной силой.
 

По моим ощущениям, сейчас учителя низведены чуть ли не до уровня обслуживающего персонала. Их ни во что не ставят - ни родители, ни дети. В целом, я имею в виду. Хочется верить, что это преувеличение, но если взять, например, ситуацию с «двойками»... ладно, об этом позже. Так вот, ребёнок может запросто сказать: «А я не поеду в музей Гоголя! Мне ваш Гоголь неинтересен». И что, спрашивает Ирина, я могу ему возразить? У неё, правда, есть ответ. Хорошо, говорит, я поставлю тебе в аттестат тройку - просто так, хотя и это для тебя много, если ты мне честно скажешь: да, Ирина Эдуардована, мне ваша литература не нужна, потому что я буду маляром. Скажи мне, что ты будешь простым честным тружеником - и я пойду против педагогических приницпов (а что? Сделка, по-моему, честная).
Но, неееееееет! Они не хотят быть малярами. Они хотят хорошо жить и при этом особо не напрягаться.
«Кем ты хочешь быть?» - «Менеджером» - «А менеджером чего?» - «Какого-то менеджмента» - «С твоими способностями, милый, тебе только в дворники идти» - «НЕТ!!! Дворниками пусть таджики работают!»
Ну, что тут скажешь? Маленькое быдло (это моё мнение). Тупое, спесивое, жалкое [показать]. А национализм-то!.. Чувствуете? [показать] И ведь этим маленьким недоумкам даже в голову не приходит, что дети этих таджиков - они уже дворниками работать не будут (и я понимаю почему: я-то знаю, как у нас все эти товарищи из южных республик зарабатывают: у нас в магазине киргизская семья работает. И парочка украинок. Они все сюда зарабатывать деньги приехали).
Да, про «двойки». Я немного поддерживала разговор (хотя солировала, конечно, Ира) и заметила к месту, что у мамы есть подруга в Мурманске. Всю жизнь учительницей биологии работает. Ну и говорит: ученики сейчас такие... ходят в школу только, чтобы время отбыть. Из всего класса человек пять от силы занимается. А «двойки» ставить нельзя - скажут: плохо преподаёшь.
Ирина кивала в ответ на каждое моё слово (мда, что Москва, что Мурманск - разницы особой нет [показать]). И она объяснила мне, почему нельзя ставить «пары». Приедет комиссия по ЕГЭ в сентябре, поспрашивает ученика-двоечника (которому пресловутый Гоголь, к примеру, на фиг не нужен). Ну, он, естественно, не знает ничего. Приедет комиссия в октябре: опять та же фигня. Приедет в ноябре: а всё по-прежнему. И тогда уже наедут на учителя: а что вы сделали, чтобы этот ученик по предмету подтянулся? Вы уже должны были с ним кучу дополнительных занятий провести (бесплатно!), воспитательную работу и т.д. А если человек НЕ ХОЧЕТ? Если родители сами наезжают, считая, что в школе не учителя, а сплошь дебилы - и детям без стесненья об этом говорят? Вот поэтому «двойки» и не ставят (по прямому указанию директора, я  думаю).
Что у нас за политика такая уродская, а? Куда катится наше образование? [показать] Или уже скатилось на самый низ? Ниже, как говорится, некуда? [показать]
 

В общем, вот такой был разговор.
Ещё раз повторю: Ирина - умница [показать]. Она не только отрабатывает свои деньги, но и пытается воспитывать... то, что воспитанию поддаётся с трудом. Пока есть такие учителя, ещё не всё потеряно [показать].
Впечатлённая этим разговором, я в тот вечер ничем больше не занималась, а, приняв душ (наученная горьким опытом, сразу сняла его, чтобы потоп опять не устроить), почти сразу легла спать.
Завтра нас ждал последний культурный объект нашего путешествия.