В минувшую пятницу НТВ снова показало фильм Алексея Пивоварова «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова», очевидно, решив таким образом отчитаться о своем вкладе в «военно-патриотическое воспитание» граждан России. Или, что вернее, попытаться еще раз вбить в головы людей муссируемый еще со времен «перестройки» тезис: мол, нечего гордиться т. н. «Великой Отечественной войной».

Так как вели ее тупо и бездарно, заваливая врага трупами своих солдат, кровавые мясники - Сталин и Жуков. А советским солдатам в любом случае отводилась роль бессловесного скота, который гнали на убой. Ну, а те, кто почему-то оставался в живых, были не победителями, а лишь рабами тоталитарного коммунистического режима. В общем, в любом случае, гордиться нечем.

Однако, поскольку такая лобовая пропаганда откровенно провалилась, как это наглядно демонстрирует «Суд истории» в исполнении Сванидзе, дискредитацию отечественной истории теперь все же пытаются проводить более тонкими методами. Примером того является и фильм Пивоварова.

Как отмечает для «Русской линии» иерей Александр Шумский, «на первый взгляд может показаться, что авторы фильма выступают с патриотических позиций, все время говорят о мужестве и стойкости солдат 33-й Армии под командованием Михаила Ефремова, попавшей в окружение на ржевском участке. Но мужество солдат ефремовской армии и самого командующего подчеркивается лишь для того, чтобы оттенить жестокость и некомпетентность верховного командования, т.е. Сталина и маршала Жукова. Таким образом, в ход пускается избитая идейка о том, что народ сражался, вытягивал все на своих плечах, а руководство страны и всей армии не только мешало народу сражаться, но и создавало для сражающегося народа дополнительные трудности. Вот в этом заключается первая двусмысленность. В свое время эту чушь на все лады распевал писатель Виктор Астафьев. Когда другие ветераны войны, среди которых были и герои Советского Союза, говорили Виктору Петровичу, что он не прав, тот в ответ осыпал их нецензурной бранью.

Интересно обратить внимание на то, - продолжает иерей Александр Шумский, - как в фильме преподнесено мужество генерала Ефремова, который отказался сесть на присланный за ним самолет и покинуть своих окруженных солдат. Авторский голос заявляет, что было только два случая, когда генералы отказались покинуть своих солдат: речь идет о Ефремове и Власове. Правда, первый, как подчеркивается в фильме, остался верен присяге, а второй перешел на сторону врага. Если обратить внимание на то, что Пивоваров делает акцент не на предательстве Власова, а на том, что тот не оставил своих солдат, то увидим вторую двусмысленность. Расчет явно делается на то, чтобы в восприятии зрителя и Ефремов, вынужденный впоследствии застрелиться из-за угрозы попасть в немецкий плен, и Власов, оказались в значительной степени жертвами бесчеловечного сталинского режима. Ефремов и Власов сближаются в своем невольном и вольном противостоянии коммунистическому режиму».

Ну и, конечно, как же без традиционных либерастических штампов: а) русские бездарно и бессмысленно заваливали своими трупами врага; б) немцы, за исключением отдельных персонажей, все же были неплохими, и весьма культурными людьми. Иногда даже кажется, что они просто устали убивать тупых и бессмысленных русских, пришли в ужас от содеянного, и только потому бежали из России аж до Эльбы.

Для доказательства версии «завалили трупами» авторы фильма вставили в него интервью с одним из ветеранов вермахта, воевавшем подо Ржевом. Этот фриц, отмечает Александр Шумский, напоминающий старую холеную крысу в золотых очках, вальяжно рассказывал о том, что его поражала негуманность русского командования, бросавшего на оборонявшихся немцев огромные количества солдат.

Далее, по справедливому замечанию Шумского, стоит отметить и такую «из главных двусмысленностей фильма», «что какого-то однозначного врага у нас не было, а помимо немцев у нас были еще свои враги – Жуков, Сталин и т.д. и даже, возможно, они оказались пострашнее немцев. Вот такая подлая мыслишка содержится в подтексте пивоваровской стряпни. А немец, похожий на холеную крысу, к тому же заявляет, что подо Ржевом он, оказывается, защищал свою родину от СССР, и у зрителя-обывателя, а таких большинство, в голове все меняется местами».

Ну а чего стоит эпизод фильма, в котором рассказывается о том, как немцы с воинскими почестями хоронят застрелившегося генерала Ефремова, причем оставляют у него на руке золотые часы. «Видимо, я должен заплакать от восторга по поводу благородства врага», - резюмирует отец Александр.

«Однако рано или поздно тема первого сражения за Ржев, сильно разбавленная повествованием о 33-й армии, должна была исчерпаться. Происходит это примерно в середине фильма. Т.е. на одно из четырех сражений за Ржев была потрачена почти половина экранного времени. Оставшиеся три сражения (август-сентябрь 1942 г., «Марс» и эвакуация немцами Ржевского выступа) были плотно утрамбованы в оставшиеся 35–40 минут. Заметим, что история самого города Ржева также утрамбована в эти 35–40 минут. Такое разделение фильма трудно назвать оправданным. Оно минимум спорное и нелогичное. Особенно в свете того, что вызывающим самые ожесточенные споры историков сражением за Ржев является операция «Марс» ноября-декабря 1942 г.»

«Описание позиционных сражений за Ржев лета-осени 1942 г. в фильме идет на бытовом уровне. Т.е. немцы расстреливают волны атакующей советской пехоты, «загоняемой как скот» (цитата их фильма). На самом деле воздействие шло на обе стороны, участвующие в сражении. И в отсутствие ветеранов можно обратиться к письменным источникам. Тем более недостатка в них нет. Например, Август фон Кагенек в книге «Война на Востоке. История немецкого полка, 1941–1944 гг.» пишет о летнем сражении за Ржев следующее:

«Вражеская атака была неслыханной силы, наиболее интенсивной с самого начала кампании. Хоке, командир батальона, описал первый день этой битвы в книге, написанной

по запросу дивизии осенью 1943 г., но которая никогда не была опубликована, запрещённая министерством пропаганды Геббельса, как слишком жестокая, слишком реалистичная для немецкого народа.

«Мы двигались к передовой в рассыпном строю. Адский огонь артиллерии и миномётов противника обрушивался на наши траншеи. Плотные клубы дыма закрывали от нас передовые позиции. Невообразимо, это количество артбатарей и ракетных установок всевозможных типов, неописуемый звук «Катюш». Как минимум, от 40 до 50 «сталинских органов» стреляли одновременно. Бомбардировщики и истребители-бомбардировщики приходили и уходили с резким звуком своих моторов. Мы никогда ещё не видели такого в России. Бог знает при этом, что у нас за плечами уже было тяжёлое прошлое. Но, кажется, что наиболее тяжёлое нас ещё ожидало. Мы перебегаем от воронки к воронке, чтобы укрыться от осколков снарядов. Ещё 500 метров до первой траншеи. Раненые бредут нам навстречу. Они рассказывают, что впереди очень плохо. Очень большие потери. Русские уничтожали наши технику и вооружение, ровняли наши позиции с землёй».

«Также немцам приходилось проводить контратаки под огнем сконцентрированной для прорыва обороны советской артиллерии. Биограф Моделя С. Ньютон приводит в своей книге эпизод, касающийся использования дивизии «Великая Германия» в боях за Ржев. Ньютон пишет: «Дивизии пришлось провести серию кровопролитных контратак при минимальной поддержке других дивизий. 30 сентября офицеры и солдаты этой элитной дивизии едва не взбунтовались. 2-й пехотный полк под командой полковника Ойгена Гарски получил директиву из штаба армии провести контратаку, несмотря на превосходство русских в артиллерии». Результат таких контратак был предсказуем — сам Гарски, несколько ротных командиров и сотни солдат «Великой Германии» погибли. Ржев был мясорубкой как для наступающих, так и для обороняющихся.

Авторы фильма всего этого, похоже, просто не понимают. Их завораживают рассказы о множестве погибших в не приносящих решительного результата атаках. Поэтому от сказанного историком Герасимовой на 54-й минуте фильма о выполнении одной из задач ржевских баталий («ежедневно противник терял тысячи и тысячи человек») А. Пивоваров просто отмахивается», - сбивается с академического тона, и начинает откровенно возмущаться Алексей Исаев.

С цифрами потерь сторон у Пивоварова вообще полная ахинея, причем настолько путанная, что непонятно, где у него речь идет конкретно о Ржеве, где — о 9-й армии вермахта и советском Западном фронте, где о советских и немецких войсках на центральном направлении — и в какой именно временной период. Но самым диким перлом выглядит заявление о советских потерях: «Эти цифры тоже не окончательные, потому что убитых продолжают находить до сих пор».

Тут Пивоваров просто демонстрирует, что совершенно не знает истории Великой Отечественной войны. Погибшие солдаты и командиры, останки которых обнаруживают поисковые отряды на местах боев, чаще всего давно уже учтены в списках потерь. После боя хоронить убитых получалось далеко не всегда. Особенно в тех случаях, когда они оставались на контролируемой противником территории. Однако их фамилии включали в списки безвозвратных потерь в графы «убит» или «пропал без вести». «Убит» в списке потерь подразделения в данном случае означало не «похоронен», а «смерть этого человека видели сослуживцы и сообщили об этом при составлении списка потерь». Если не видели, то он пополнял печальную графу «пропавшие без вести».

Это как раз у немцев с их категориями учета в «убитые» попадал именно убитый на боле боя, на глазах товарищей. Причем чтобы они еще и могли снять его солдатский медальон.

Кстати, даже тяжело раненый, но умерший на этапе санитарной эвакуации, в списки погибших не попадал. Также как и скончавшиеся от ран в госпиталях учитывались совершенно отдельно. Поэтому, кстати, в отчетах о немецких потерях такая большая разница между числом убитых и раненых - не 1 к 3-4, как в нашей армии, а 1 к 6-9. А число пропавших «без вести» (свыше 2 млн) у немцев на «Восточном фронте было примерно равно числу официально признанных убитыми - 2,6 млн). Так что это поднятые немецкие трупы скорее должны пополнять число «окончательных потерь вермахта».

Впрочем, как справедливо отмечает иерей Александр Шумский: «Сколько уж за последние годы было написано солидных научных материалов, разоблачающих эту наглую ложь, но Пивоваровым что с гуся вода. Предлагаю в этой связи еще одну расшифровку аббревиатуры НТВ: наинаглейшее телевизионное вещание».

Предложение вполне резонное. Так же как и другое: «не упустил возможности Пивоваров намекнуть и на сильнейшие морозы, на глубочайшую грязь, которые здорово мешали немцам. В общем, смешно было смотреть как Пивоваров, обутый в валенки, стоит в грязи, изображая, как трудно по этой грязи идти. Сюда бы еще Сванидзе с Млечиным и тоже в валенках – вот было бы здорово!».

Впрочем, список лиц, которых бы стоило в валенках, да по производимой им грязи, отправить куда подальше, каждый может пополнить самостоятельно.