Почему реабилитационный центр для детей-инвалидов мешает монастырю
В России сейчас полтора миллиона детей-инвалидов. С каждым годом эта цифра растет.
Экономисты давно подсчитали, что каждый рубль, вложенный государством в их реабилитацию,
приносит впоследствии 26 рублей прибыли. Сегодня в стране открыт только один
федеральный реабилитационный центр для детей, который отвечает всем требованиям
современной медицины. Это центр "Детство" в Подмосковье, рассчитанный на 250
мест. Казалось бы, для столь уникального учреждения надо создавать самые благоприятные
условия и всячески распространять его опыт. Увы. Реконструкция реабилитационного
центра сегодня остановлена. Почему?
В редакцию пришло письмо, где каждая строка - крик о помощи. Написали его родители
детей-инвалидов из реабилитационного центра "Детство". Суть: центр мешает монастырю,
он "вклинивается" в силу исторических причин на территорию Крестовоздвиженского
женского монастыря. А это корпус, где два лечебных отделения и уникальная поликлиника
с дневным стационаром! Понятно, что налицо спор, как говорят юристы, двух хозяйствующих
субъектов. "Но при чем здесь наши больные дети? Неужели их лучше "отпеть", чем
лечить и реабилитировать?" - в отчаянии спрашивают родители. В конце письма -
267 их подписей.
От метро "Домодедовская" до лечебницы - 10-15 минут езды. Любой водитель безошибочно
подскажет номер нужного маршрута: слишком уж приметные пассажиры спрашивают,
как добраться до деревни Лукино. Вот и со мной в маршрутке ехали такие. Седая
женщина по имени Татьяна, а с ней мальчик лет семи, который, казалось, никого
не слышал. Или не слушал.
Так и вышло - нам по пути. В Лукино прямо напротив остановки - двое ворот и две
вывески - "Крестовоздвиженский Иерусалимский ставропигиальный женский монастырь"
и ФГУ "Реабилитационный центр "Детство". Две дорожки вдоль высокого забора убегают
в разные стороны.
- Стационар - возле остановки, а поликлиника - намного дальше. Между ними монастырь,
- объясняет Татьяна и тянет мальчика за собой. - Напрямую пройти нельзя. Не разрешают.
Татьяна разоткровенничалась, как это часто бывает, когда знаешь, что видишь человека
в первый и последний раз:
- Думаете, я бабушка? Я - мама. Только поседела за эти годы. Для себя рожала,
на радость. А в два года сыну поставили диагноз - аутизм. Сейчас он не подтверждается.
Ездим сюда в поликлинику на лечение. Если диагноз снимут, через год пойдем в
обычную школу.
Ежегодно в центре "Детство" проходят лечение около трех тысяч детей со всей страны.
Диагнозы очень тяжелые: синдром Дауна, ДЦП, олигофрения, шизофрения, аутизм,
нефрологическая патология, миопатия... Сюда же привозят грудничков на консультацию.
Медицинские силы тут собраны уникальные. Это касается и персонала, и технического
оснащения.
- Примерно 30 процентов диагнозов мы не подтверждаем, - рассказывает директор
центра "Детство", член-корреспондент РАН Евгений Лильин. - Допустим, ставят ребенку
диагноз "олигофрения", а у него на самом деле - социальная задержка развития.
За ДЦП часто выдается акушерский паралич.
Евгений Теодорович всю жизнь занимается диагностикой наследственных болезней
и реабилитацией детей с этими недугами. Как ученый побывал у коллег в 36 странах
мира. В свое время именно он первым в СССР стал изучать близнецов, чтобы лучше
понять природу генетических отклонений. О своих пациентах Евгений Теодорович
может рассказывать часами. Знает все четыреста причин возникновения ДЦП, может
предсказать вероятность появления у ребенка церебрального паралича или шизофрении
и уверен, что по крайней мере 20 процентов детей с синдромом Дауна могут учиться
в обычной школе.
Полностью вылечить таких детей нельзя, но облегчить жизнь им самим, их родителям
и помочь адаптироваться в обществе - можно. Лильин хорошо знает - как. И, собственно,
занимается этим всю жизнь.
К сожалению, в последние годы доктора Лильина все чаще можно увидеть не на приеме
пациентов, а в чиновничьих кабинетах и даже в судах. И пишет он теперь все больше
объяснительные, а не истории болезней. А в центр чуть ли не каждый день приходят
проверяющие.
Все беды из-за того, что территория центра оказалась разделенной надвое монастырскими
землями. Ситуация типична для постсоветской России. Давным-давно в Лукино был
монастырь, на месте которого потом появился военный госпиталь, а еще позже -
туберкулезный санаторий. Когда в Горки Ленинские по памятным местам вождя зачастили
иностранцы, санаторий закрыли, а территорию отдали реабилитационному центру.
В 1992 году 32 гектара из 34, принадлежавших минздраву, получил монастырь. Ему
же было передано двенадцать построек из четырнадцати. Две, а это и есть два корпуса
центра, остались в подчинении нынешнего мин здравсоцразвития. Все документы оформили
строго по закону. Причем и монастырь, и центр федеральную землю получили на правах
бессрочного пользования. Стали, так сказать, равноправными соседями. И до поры
до времени непонимания между ними не возникало. Но потом все пошло наперекосяк.
Не хочется вдаваться в детали жалоб куда только можно, включая депутатов, министров
и даже президента, и выяснять, кто настоящий хозяин на оставшихся двух гектарах,
а кто - временщик и должен уйти с заповедной территории. А также и то, что важнее
- отрешение от мирских забот или помощь детям, которым простое движение руки
дается с великим трудом? Не хочется спорить, в чем проявляются истинное милосердие
и служение добру?.. На эти вопросы каждый отвечает себе сам.
Но вот без прояснения сугубо юридических вопросов в этой истории никак не обойтись.
В частности, у Росимущества на сей счет есть совершенно четкий и однозначный
ответ, который оно и дало "РГ": "Центр "Детство" используется по назначению,
нет оснований для его правомерного изъятия и передачи религиозной организации.
Учитывая сложность размещения и монтажа медицинского оборудования, передача лечебного
корпуса в собственность религиозной организации не представляется возможной.
Росимущество предмета спора не видит".
А между тем предмет спора никуда не делся. Только лежит он не в имущественной
плоскости, а в морально-этической. Монастырь признан памятником архитектуры и
искусства областного значения. Раз так - вокруг него может быть охранная зона,
где нельзя вести реконструкцию и строить новые объекты. Вот и попало одно здание,
где, кстати, находятся поликлиника, психоневрологическое отделение и больничная
школа, в эту самую зону. Сразу же затормозилась реконструкция корпуса и остановились
все ремонтные работы. Хотя из федерального бюджета на них уже были выделены деньги
и найден подрядчик. Начались судебные разбирательства.
Дошло до абсурда. К поликлинике от стационара ведет тропинка в семьдесят пять
шагов. Но проходит она именно по территории монастыря. Калитку монастырь захлопнул!
Теперь дети, родители и медики вынуждены обходить всю территорию монастырских
угодий, чтобы попасть из одного корпуса в другой. В непогоду для колясочников
и детишек, которым не под силу такие расстояния, приходится даже заказывать специальный
транспорт.
Местные жители, которые, разумеется, в курсе всех этих проблем, разделились на
два лагеря: одни, их большинство, - за центр, другие - за монастырь. Споры идут
жаркие. Кое-кто из принципа даже перестал заходить в магазин, где торгуют снедью
с монастырского подворья...
Официальный представитель Патриархии, куда "РГ" обратилась за комментариями,
коротко ответил: "Учреждение должно выехать. И долг государства - сделать все
для этого". Потом, правда, добавил: "Решить эту проблему можно было давно. Не
доводя до таких последствий". С этим нельзя не согласиться. Но выезжать центру
даже при всем его желании просто некуда.
Вот ответ, который редакция получила из минздравсоцразвития: "Реабилитационный
центр не располагает свободными помещениями для переселения поликлиники и двух
психоневрологических отделений из здания спального корпуса. Сегодня православными
общинами создаются богадельни, больницы, приюты для больных или оставленных родителями
детей. Именно это дает надежду, что нам удастся найти в этом споре приемлемое
решение, в результате которого дети не окажутся пострадавшей стороной".
Кстати
С прошлого года в российских школах идет эксперимент - преподается новый предмет
"Основы религиозных культур и светской этики", где среди прочих есть курс "Основы
православной культуры". Учебные заведения при больницах тоже должны будут выполнять
требования стандарта и вести такие занятия.
Уроки в центре "Детство" идут как раз в том корпусе, куда ведет тропинка в семьдесят
пять шагов. И рассказывать о православной культуре детям, перед носом которых
монастырь закрыл калитку, учителям будет непросто.