Автор Елена Савоничева
Источник:
sovsport.ru

Неунывающие. Их кормят на обед кефиром с селедкой и дают страховки в шестьсот
рублей. Они тренируются до кровавых мозолей, а им отменяют чемпионат мира за
неделю до его начала. Корреспондент <ССФ> провела день с футболистами-ампутантами,
выясняя, кто они, эти многократные чемпионы мира и Европы, и как им, титулованным
инвалидам, живется в футбольной России.
Встреча на Ленинградском
9.20 утра. Ленинградский вокзал. На платформу из поезда летят баулы. Футболисты-ампутанты
(все, кроме вратаря, с одной ногой - у голкипера нет руки), закончив сезон, решили
сгонять в Таллин на международный турнир по следж-хоккею (на санках. - Прим.
ред.). В Таллине у наших были худшие санки и клюшки, эстонцы носились, <как лоси>
- и мы проиграли всем участникам с общим счетом 0:55.
- Ну, ничего! - на платформе смех, у всех горят глаза. - Мы у эстонцев за 50
долларов клюшки прикупили. (Показывают). До Олимпиады в Сочи четыре года - натренируемся
ой-ёй-ёй!
- А в чем тренироваться будете? - переспрашиваю инвалидов, у которых отобрали
всю хоккейную амуницию, <включая нижнее белье>:
- А нам паралимпийский комитет объяснил: <Вот вы в следующий раз приедете - мы
вам все и отдадим:>.
В хоккей (и легкую атлетику) футболисты сборной России подались по двум причинам.
Во-первых, они <непоседы>: два круга чемпионата страны, Кубок РФС, Кубок Президента,
Всемирный Кубок чемпионов, Кубок СНГ, чемпионат России по мини-футболу - итого
7-8 соревнований в год - но им мало! Родных не видели аж полтора месяца: Были
в Ижевске, Сочи, Подольске, Таллине. <Недельку, - признаются, - проведешь дома
- и опять играть тянет:>.
А во-вторых, они <в футболе достигли всего - неоднократные чемпионы мира и Европы,
но инвалидный футбол (в отличие от хоккея) не паралимпийский вид спорта, а медаль
олимпийскую выиграть хочется!>: Сперва доказывали, что футбол на костылях не
травмоопасен. Потом доказали, что за пятнадцать лет серьезных травм нет: но в
паралимпийскую программу его вводить не спешат.
Кто есть кто
Игорь Ломакин
31 год (9 из них - в футболе на костылях). Прозвище <Великолепный Гоша>: Я с
тех пор, как бегом занялся, в футболе совсем легкий стал - летаю (стоя у поезда,
забрасывает на плечо тяжеленную сумку). В Адлере у меня такие разминочки по утрам
были: километров пять бежишь до дендрария, там полтора часа тренируешься, потом
- обратно. (Смотрит на меня). У тебя совсем руки замерзли - держи мои перчатки
(снимает с рук). Пошли к автобусу - надо с ребятами попрощаться. (Идем). Теперь
только в феврале увидимся, когда хоккейные сборы в Финляндии начнутся. А футбольный
чемпионат - в апреле: Я играющий тренер в ФК инвалидов <Нижегородец>.
Максим Нигматуллин
26 лет. Прозвище <Брат вратаря>: (стоит в ста метрах от автобуса, в снегу, возле
сумок). Москвичи сели и поехали! А нам еще самолет ждать! Мой - в Ханты-Мансийск
- в восемь вечера. Вот (указывает), видишь, сколько сумок и <железа> (костылей.
- Прим. ред.) - как цыган: (Вставляет крепкое словцо: ругаться научился, когда
служил в армии - в стрелковой роте в Тюмени и Волгограде).
Дима Удалов
25 лет. Прозвище <Глист>. Лучший игрок планеты (подходит): Будешь яблоко? (Протягивает
плод, купленный в Эстонии, с хоккейной улыбкой, в которой не хватает двух зубов).
- А ты умеешь его пополам ломать? - спрашиваю. (Разламывает). А еще на половины?
(Опять хруст - стоим, едим).
Костя Астапенко
36 лет (15 - в инвалидном футболе). Прозвище <Кемеровская бензопила> (ни игры
без желтой карточки: первый борец в команде за справедливость). (Рекомендует
себя, подходя): Четырехкратный чемпион мира, двукратный чемпион Европы, играю
за <Кузбасс>: Не знаю, куда мне ехать в Москве: у меня самолет в Кемерово в одиннадцать
вечера:
Едем впятером на Курский вокзал - провожать на поезд нижегородцев Гошу и Диму.
Не мутанты, а ампутанты
В московском метро, строившемся не для инвалидов (парапетов не видать за версту),
во время самостоятельных спусков по замерзшим ступенькам самая тяжелая сумка
кочует из рук в руки.
Костя (с обидой): Даже в Киеве в метро есть специальные подставки: на кнопку
жмешь - и тебя наверх затаскивает. А в Москве мы сами по ступенькам лезем, да
еще сумки тащим.
Друзья в ответ на <жалобы> подкалывают: <И зачем мы этого инвалида с собой взяли?>.
Максим (улавливает мое смущение): Это у нас шутка такая: <Меня эти инвалиды уже
достали!>.
Игорь: А еще поговорка есть: <Мы - не мутанты, мы - футболисты-ампутанты!>. -
Но это что! Вот два года назад в Сочи на Кубке МВД случай был! На открытии какой-то
генерал с приветственным словом к нам обратился. Только генералу в конце выступления
надо было сказать <ампутанты>, а он: <Товарищи импотенты!>. А рядом девчонки
стоят: (После того как все отсмеялись): У меня одно желание - найти кафе и что-нибудь
съесть. Как вчера пообедали - и всё. В поезд еды купить забыли - пришлось чачу
<кушать>: Знаешь, что такое чача? (Смотрит на меня). Это кавказский самогон под
пятьдесят градусов. У одного попутчика пятилитровая баклажка оказалась - не довез:
Зато только сели в поезд, раз - уже Москва.
:У дверей кафе на Курском вокзале на приятелей нападает смущение: баулы:
Игорь (спокойно): Та-а-к. Никто вам ничего не скажет! Каждый сейчас взял по одной
сумке - и пошли!
- Лапшу по-домашнему для вас, остальным - пельмени? - переспрашивает Диму официант.
В ожидании заказа каждый из друзей делится наболевшим:
Максим (шепотом): Зря ты рядом с Костей села: ты из-за него не услышишь нас.
Костя: (принесли пиво): Мы чемпионат Европы только раз проиграли - в Киеве в
99-м (сборная России - лидер мирового инвалидного футбола: ниже <серебра> ни
на одном турнире не опускалась. - Прим. ред.). У бразильцев <воротчик> шаманом
оказался: вышел и давай кругами вокруг <рамки> ходить: то гладит штанги, то целует
- вот мяч мимо ворот и летел:
Игорь: Мы мечтали в этом году в Бразилии на чемпионате мира сыграть! У нас уже
визы с билетами были. И вдруг за неделю сообщают, что бразильцы из-за финансового
кризиса чемпионат мира: отменяют.
Акулы не виноваты
- Ребята, извините за вопрос, как получилось, что вы остались без ног?
Игорь Ломакин (прерывает тишину первым): Ехал я в 98-м на мотоцикле со скоростью
140 - и врезался в машину. Ботинки улетели. Мотоциклисты говорят: <Если ботинки
улетают - то умер>. А я проснулся в реанимации, гляжу - рядом баба голая лежит.
Врачи забегали: <Ой! Очухался!> - и в отдельную палату меня. В голени 23 сантиметра
кости не было - сказали: <Ништяк! За два года вытянем!>. Аппарат Илизарова поставили:
кость двигается - мясо рвет. На семь сантиметров кость вытянули, а через два
года сказали: <Нет, тебе еще лет двадцать тянуть!>: и отрезали ногу до колена.
Костя Астапенко (неохотно): Я в 93-м в Кемерово на шахте ногу потерял - под транспортный
конвейер попал.
Максим Нигматуллин (не сразу): А мне - не поверишь: Был в августе 2008-го в лесу
(вечеринка на открытом воздухе. - Прим. ред.): музыка, костер, танцы
- и вдруг грохот. Выбежал из леса какой-то дурачок и стрельнул мне в ногу.
Дима: Неправда: он на танцполе ногу стер (воцаряется хохот). Вот я спасателем
работал, девушку от акулы спас - а сам не уберегся:
Максим: Астап с тех пор рыбу не ест: боится Димкиными шнурками подавиться. (После
паузы): Поверила!
Игорь: Да ты не обижайся: мы историю <про акулу> всем рассказываем. Едем в поезде,
начинают спрашивать, как мы ноги теряли - ну, мы и говорим: тренировочный сбор
на Черном море проводили, и у одного акула ногу откусила, второй пытался первого
у акулы вырвать - и сам ноги лишился, третий второго спасал - и так далее. У
нас скучно не бывает. Только изредка какие-то очень небольшие комплексы проскользнут.
Да, мы на костылях теперь. Ну, нет ее уже, ноги, и не вырастет она, как у ящерицы
хвост.
Дима Удалов (честно): Я в девять лет ногу потерял - всю жизнь на костылях хожу.
Играли на железной дороге, цеплялись за поезда. Я зацепился, бежал-бежал, споткнулся
и упал под колеса. Вставать стал: одну ногу вытащил, а по второй два колеса проехали.
Жар - как будто кипятком по ноге плеснули. Смотрю: у меня из штанины кость торчит.
Ногу раздробило, но не отрезало: сухожилия целы. Но меня с семи вечера до двух
ночи по больницам возили в Нижнем: <1 апреля - никому не верю!>, врачи гуляют.
Пошло заражение крови - и ногу отрезали.
Кто привел <неутолимого>?
- Вы до травмы футболом занимались?
Максим: Я на Севере в мини-футбол играл в <ТТГ-Югра>. А сейчас в Таллине был
мой дебют в инвалидном спорте. Мне пацаны костыли подарили (переглядывается с
ребятами) - теперь буду тренироваться! Попробую в Нефтеюганске хоккейную команду
создать и к футболу буду подтягиваться.
Костя: Я в футбол и хоккей с мячом с семи лет играл. И когда травму получил,
ко мне в больницу пришли инвалиды и начали мне <втирать>: <Мы знаем, что ты бывший
спортсмен!>. Помню, лежу я, смотрю на них и думаю: <Что они несут? Какой футбол:
без ноги?>. А потом случайно забрел к ним на тренировку: по пути было. Дайте-ка,
говорю, мне костыли - попробовать! В 95-м на Кубок в Сочи приехал - меня тренер
сразу в сборную забрал!
Игорь: А я до травмы в Находке в футбольном клубе <Океан> играл. В 93-м, когда
<Океан> в высшей лиге был, я правым полузащитником в дубль пробился - вместе
с Сашей Тихоновецким. После травмы переехал в Нижний Новгород, встал на лыжи
- первое место по области занял: Жаль, оказалось, что среди участников я один
в этом классе ехал (друзья смеются). Но меня как <выдающегося спортсмена из Нижегородской
области> взяли в 2000-м году в Москву на Олимпиаду трудящихся. А там <Олимпро>
и <Спартак> показательную игру проводили - я тогда впервые увидел, что инвалиды
в футбол играют - и сразу рванул к их раздевалкам. Они мне сказали: <Делай свою
команду в Нижнем!>.
И я ездил по всем обществам и училищам - инвалидов искал. Приехал в училище к
Диме, где он: часы собирал. Стою в коридоре. Лестница в девять ступенек. Идет
парень на тяжелых деревянных костылях. И вдруг - прыжок, костыль, нога, следующий
костыль - и он уже наверху! Я глазам не поверил. <В футбол, - говорю, - играть
хочешь?!>. - <Хочу!!!>. Собрали команду: приедем в школу, с физруком договоримся,
они нас в спортзал запустят - и тренируемся: каждый - на своих костылях. Так
и играли два года за собственные деньги. А потом у меня ребенок родился - и надо
было семью кормить. Я в казино работать устроился - сначала охранником, потом
- экспедитором, барменом. Года на два из футбола выпал. Диман в Барнаул уехал
играть: приезжает, рассказывает - а у меня душа горит. Чуть дочка подросла -
я опять стал на игры выбираться.
Костя: Димана я в 2003-м увидел - на сборе национальной команды в Бронницах.
Я в защите играю, а он, форвард, на мой фланг пришел и начал мне надоедать: на
месте не стоит. Открывается и открывается. Я думаю: откуда он взялся, этот неутомимый?!
<Эй, - говорю, - молодой! Ты мне надоел!>. (Дима смеется). Я из-за него чуть
край защиты не поменял!
Игорь: Димка - красавец! Ему из аута мяч на скок кинут, а он через себя (!) ногой
- бац - и в <девятку>!
Мальдини и Леня
- Бывает, что кого-то из ребят не пускают в инвалидный футбол родители?
Игорь: У нас одному мама запретила играть: <У него с сердцем плохо!>, - а потом
мы его с сигаретой видели: Но многие в инвалидный футбол приходят, потренируются,
у них плечи <раздувает> (у нас из-за костылей вся нагрузка на плечи идет и на
здоровую ногу) - и они сами говорят: <На хрен нам это надо!>. Или про деньги
спрашивают. А мы шесть лет не знали, что такое деньги - еще свои вкладывали!
Помню, приезжаем к пацану на квартиру - десять рублей наскребем, купим самой
дешевой сечи или гречки, сварим, наедимся командой - дово-о-льные! На автобус
порой денег нет - на тренировку пешком идем несколько километров. А у самих от
костылей кровяные мозоли в полруки:
Костя: Надо, чтоб человек сам - душой - хотел играть. Его же никто не заставляет
футболом заниматься - это реабилитация. Общение. Не хочешь - ради бога, сиди
дома. Добьешься успехов - получишь денег. Но если ты ноль и хочешь, чтоб тебе
кто-то сразу заплатил - ну, так же нигде не бывает! Я с 95-го года в инвалидном
футболе. Нам за первое чемпионство мира ни копейки (!) не заплатили - и что теперь,
умереть? Сейчас в сборную почти всех берут, а раньше был отсев. На сбор приехали
двадцать человек, а оставили четырнадцать:
- А если шесть <сломаются>?
Игорь: Нас не сломаешь! (Голос заглушает дискотечная песня - Дима подпевает).
Мы еще, знаешь, как танцевать умеем? (Смеются).
- В футболе на костылях возрастного ограничения нет. Кто самый молодой и самый
<старый> в сборной России?
Костя: Сереге Абрамову - двадцать, Вове Сикоеву - сорок пять. А на <втором месте>
по ветеранам - я: Хочу лет до пятидесяти поиграть:
Максим (с изумлением): Мальдини задумал победить?
Костя: Да что Мальдини? У нас в Барнауле Леня есть (Кинякин. - Прим. ред.) -
ему 53 года. Он угловой бежит подавать, я ему кричу: <Леня, угол режь!>. А он
- по прямой: мне, говорит, так проще!
Зарплата - шесть тысяч: рублей
- В состоянии каждый из вас прожить на ту зарплату, что вам платят в ваших футбольных
клубах?
Костя (эмоционально): А ты как думаешь? Я за то, что в футбол играю, шесть тысяч
рублей получаю. И пенсия - семь тысяч. А у меня - жена и девятилетний сын.
Игорь: У нас в <Нижегородце> зарплата повыше, чем в Кемерово: десять-двенадцать
тысяч. Только в январе и феврале мы сидим без денег: до марта грызем сухари,
пока деньги через все инстанции пройдут: Счетная палата, Комитет:
У меня в трех видах спорта уже медали: в легкой атлетике, хоккее и футболе! За
футбольное <золото> чемпионата Европы 2006 года нам дали по пять тысяч рублей.
За ЧЕ-08 дали пятьдесят, но из них: 13 процентов налогов забрали.
Дима: А мне наш губернатор Валерий Шанцев - спасибо ему! - квартиру дал. Вот
бы и Гоше с жильем помогли! Они с женой сына родить хотят, но пока (уже несколько
лет) в Нижнем Новгороде с семилетней дочкой по съемным квартирам скитаются:
- Вы, помимо футбола - тренировок и игр, - еще и на другую работу ходите?
Максим: Я в <Роснефти> пять лет оператором пульта управления работаю. У меня
два компьютера, три телефона и 800 нефтяных скважин: за месторождениями слежу.
Если где-то что-то остановилось - звоню и говорю, что сделать надо. Два дня -
в день, два дня - в ночь, четыре выходных:
Дима: А я, когда в Барнауле играл, промышленным альпинистом работал: к веревке
деревяшку привяжу, повисну на ней и швы на домах заделываю - тянусь-тянусь, чуть
не выпадаю. А иногда: без страховки лазил. Мы уже все со смертью пошутили. Нам
не страшно.
- Расскажите мне, как у вас чемпионат России проходит?
Игорь: В два тура: сначала двенадцать команд приезжают в Волгоград - и играют
каждая с каждой, потом - едут в Нижний Новгород. В прошлом году наш <Нижегородец>
взял Кубок России и выиграл в чемпионате все матчи - ни одной ничьей! Нам нижегородский
арбитр Игорь Егоров помогает: его академия предоставляет нам тренировочные поля,
тренажеры, медкабинет.
- Почему в Твери во время чемпионата мира вы жили:
Костя (опережает): :в бывшем профилактории для душевнобольных? Да.
Максим: А почему в Таллине за десять долларов в день <шведский стол> ломился,
а в Подольске нам на хоккейных сборах на обед давали кефир и селедку (!), хотя
Паралимпийский комитет платил за обед на 25 человек по 17 тысяч рублей? Ответишь
нам на этот вопрос?
Страховка за палец
- Способны ли инвалиды сыграть в футбол со здоровыми?
Костя (шутя): Жаль, здоровые после этой игры инвалидами будут: Мы же здоровому
подножку костыликом - хоп! - уползай: чтоб не бежал слишком быстро.
Игорь: Я договаривался с президентом Федерации мини-футбола - и мы в Нижнем Новгороде
три года во второй лиге играли со здоровыми - и выигрывали у них. У нас и удары
не хуже, и скорость. Из центра поля мяч как <воткнешь> - их вратарь в себя прийти
не может: не понимает, как так получается:
- А против Аршавина и К вы бы сыграли?
Дима: В большой футбол они нас разорвут: мы на огромном поле просто не будем
за ними успевать. А в <миньку> будем играть на равных: там пространство небольшое.
Только <сменами> надо будет меняться:
Игорь: Мы во время их игр со словенцами весь телевизор оплевали! В футболе есть
скорость - есть игра. А если наши по полю ползают - ну, как ты тут сыграешь?
Они физически не были готовы. Аршавин кричал: <Я!>. А что он за две игры сделал?
Он по полю, мертвый, пешком проходил: пару человек обведет - и всё.
Дима: Жаль, у словенцев в инвалидном футболе нет своей сборной - мы бы их <чпокнули>!
- У вас костыли во время игр ломаются?
Игорь: Знаешь, как это жестко? Бежишь-бежишь - а у тебя опора из-под ног - раз!
- и ушла. Но мы тренируемся падать - поэтому уже знаем, как сгруппироваться,
когда они сломаются. Вот Астапу почти на каждом турнире голеностоп ломают:
Костя: :а <галик> - это <ложка>, которой ты с мячом работаешь: бежать сможешь,
но бить уже не сумеешь. У нас подкат запрещен - и меня сзади по ногам бьют.
Игорь А я играл со сломанным большим пальцем на последней ноге. Приехал в травмопункт,
мне снимок сделали: <Надо гипс одевать>. Я говорю: <Какой гипс?! Мало того что
в машине газ-тормоз протезом жму, да еще сцепление буду гипсом давить? Менты
остановят - в ужас придут>. Мне еще страховку за палец шестьсот рублей дали:
- У вас драки во время игр бывают?
Дима: В Узбекистане на чемпионате мира команда на команду дрались. Соперники
взялись в наглую выбивать мячик костылями из ворот. Наш тренер говорит бразильскому
судье: <Это что такое?!>. Тот ему: <Иди отсюда!>. Тренер бразильцу как даст оплеуху!
А у нас на поле свой <раунд> начался: узбеки <закипели>. Ну, наш парень Тимур
из Дагестана и <убрал> двоих в легкую. Милиция на стадион приехала - хотели нас
за хулиганство забрать.
Игорь: У нас по правилам, если костыль поднят, и в него попадает мяч - то засчитывается
<рука>. А когда ты на костылях стоишь и опираешься на них - то игры рукой нет.
Кто хочет - тот живет.
:Пельменей ждали долго. <Видно, лепят!>, - подбадривал компанию Макс - накормили
холодными: <Ладно, не расстраивайся!> - поддержали официанта инвалиды.
Максим (официант ушел за счетом): А сейчас ты увидишь, как мы быстро бегаем.
Астап на своем протезе дощелкает до программы <Кенийский марафон> (смеются).
<Уважаемые пассажиры! Начинается посадка на поезд ?62 <Москва - Горький> отправлением
в 13 часов 55 минут>, - предупреждает диктор. Расплатившись, выбегаем из кафе.
Игорь с Димой напутствуют на прощание друга: <Костян, ты смотри не потеряйся!>.
Астап и Макс едут в аэропорт - мы бежим к железнодорожным путям.
- Про вас сегодня фильм можно было снять:
Дима: Про меня еще в 2006-м сняли. <Живой> называется (фильм А. Велединского.
- Прим. ред.). По сценарию герой из Чечни без ноги возвращается - и, чтоб не
обрезать ногу актеру Андрею Чадову, меня дублером взяли. Так весь фильм и показывали:
голова Чадова, а тело - мое. Ох, и ругался я в Липецке на съемках! Там в одном
эпизоде герой культю натер, а когда пил, решил ее продезинфицировать: и поджег.
Мне культю мазью намазали, пакет надели, сверху - типа гипса, чтоб насквозь не
прожгло, а потом сделали ямочку, спиртику в нее налили - и на счет <три> зажигалкой
- жух! - и все вспыхнуло. Жжение и боль были адские, а кадр из фильма вырезали.
Сказали: <Слишком страшная сцена!>.
- Цифра - страшнее: в России ведь 14 миллионов инвалидов:
Дима: А ты знаешь, сколько их - которые могут, у кого талант в башке засел, но
они боятся даже вылезти на улицу на костылях?
Игорь: У нас красивый, видный парень в 18 лет получил травму - и два года из
дома выйти стеснялся, пока мы его через собес не нашли. Я у него на глазах брючину
поднял: <Видишь? У меня тоже ноги нет. Это протез>. Цоп парня - и на мини-футбол.
Он игру посмотрел - и давай ходить на тренировки. Сначала комплексы были, а как
стал на соревнования ездить - все ему теперь без разницы.
Дима (уже из поезда): Мы с Гошей ничего не испугались. У кого есть стремление
к жизни - тот и живет.