Масяня еще ни разу в своей малышковой жизни не слышал сказки "Золушка", однако же память прошлых ренкарнаций дает о себе знать. Сегодня мы играли в "Золушку", причем Золушкой была я, а Лев Константиныч играл роль Злой Мачехи.
Начиналось все довольно невинно...
"Золушка, поди помой полы! Да не путайся под ногами!"
Мама Лена моет полы (ох-ох, недостаток трехкомнатной квартиры в том, что мыть надо много, долго и нудно), а Мася носится кругами, оставляя на мокром полу маленькие чумазые отпечатки, ибо бегается ему везде - и у входной двери, и по кухне, где он только что опрокинул сок, ну и конечно же по свежевымытому полу, превращая попутно его в мокрое грязное покрытие. "Левочка! Масянька! Сядь на диван - пол мокрый, можешь подскользнуться и больно стукнуться!" Какое там!
Хлобысь! Ма-а-а-ама!!! А-а-а!!!
На руках имеется: местами еще чистый и мокрый пол и Масяня, размазывающая слезы горя по всей чумазой мордахе, которая-таки приземлилась затылком об пол.
Дальше Мась послушно сидел на диване, периодически чуть ли не перепрыгивая с дивана на ковер за очередной игрушкой-книжкой и обратно.

"Золушка! Перебери крупу, и отдели пшено от риса!"
Мама Лена помыла пол, и усадив возжелавшего искупаться Мася в просторную ванну, пошла развешивать выстиранное (слава богам, в машинке) белье. Мась весело смеется и озорничает со своими ванными_игрушками. Слышу какой-то незнакомый звук, сопровождающий детский хохот. Выхожу в коридор (дверь ванной открыта), мимо меня со свистом пролетает резиновый утенок, а весь пол уже усыпан прочими дельфинами-лебедями-мишками-мячиками, и ко всему прочему, мама мия! через границу ванная-коридор тихо, но уверенно переползает слой воды с палец толщиной. Пол ванной, соответственно, залит водой полностью, а Львенок, заливаясь смехом, бегает от крана к бортику ванны с плошкой и выливает воду из нее на пол.
Ы-ы-ы!!! рпкридыатидлцрпщшкр!!!
Конечно же ближайшие полчаса я собирала воду из коридора и ванной под оправдательное лопотание Масяньки, который пытался заглянуть своими честными глазенками в мои раздосадованные глаза и каждый раз, когда моя голова оказывалась с ним по соседству, умильно гладил ее по голове и ласково увещал: "Ма-а-ама... Моя ма-а-ама..." Я в ответ скрипела зубами и старалась следить за дыханием (слышали, что дыхательные упражнения творят чудеса? :))

"Золушка, не думаешь же ты, что теперь тебе можно сидеть без дела?"
Уже вечер. Уже Костя вернулся с работы, пожалел меня и пожурил Леву. Уже вернулись из "Молнии" с полными пакетами продуктов и всякой милой сердцу химии. Костя ушел в гараж, Лева уселся в коридоре на полу, чтобы самостоятельно разуться (это святое - мама-папа-бабушки, не лезьте!), а я с частью пакетов утопала на кухню, чтобы поиграть в игру "Заполни холодильник". Не прошло и пяти минут, как ко мне пришел смущенно-озадаченный Мась уже без ботинок, но еще в куртке и штанишках, в его руках были шапка и пустой флакон из-под пены для ванны. Взгляд на флакон ("вроде сегодня только выбросила, неужели из мусорного ведра достал?"), потом на этикетку ("кхм... вроде бы предыдущая пена была другой, а такую сегодня покупали..."), потом на одежду ("что за сопли по всей одежде размазаны?"), озарение ("мать-перемать! он вылил ВСЮ бутылку пены?! куда?!"), бегом в коридор...
*ля... Снова дорога - ванная-коридор, на сей раз дорога из разлитой пены, с изгибами и маршрутными кольцами, забегающая на стены, на ковровую дорожку, пролегающая через пару пар обуви, включая и Левину. А сам Лева - видимо, потомственный дорожный строитель, смущенно размазывает по себе остатки несостоявшейся маминой нирваны... Костя пришел в тот момент, когда Масяня гордо стоял посреди коридора со скорбно опущенными уголками губ и прижатыми к личику руками, подглядывая сквозь пальцы за тем, как мама, еще поругиваясь вслух, мудохалась со спринцовкой в руках, собирая разлитые химикаты. Папа добавил еще несколько слов в воспитательных целях, после чего удалился с предварительно обнаженным и прополощенным детем за пределы пораженной области, а я, перековав мечи на орала, т.е. сменив спрнцовку на две столовые ложки, смогла собрать около 2/5 флакона, после чего еще около часа пыталась отмыть коридор. Пена упорно не хотела сдаваться - размазывалась соплями по полу, бурно вспенивалась от прикосновения тряпкой, оставляла широкие полосы из пузырьков, а потом по несколько минут не хотела вымываться из тряпки, независимо от напора и температуры воды, в которой я полоскала половые принадлежности (имеется в виду, тряпка). Я превратилась в робота, который ходил по одному и тому же маршруту, выполняя одни и те же действия, периодически ворча что-то себе под нос. От надвигающегося нервного срыва меня спас Костя, который чуть не на руках унес меня в зал, предварительно силком забрав у меня тряпку.
Сверкающие пенные разводы на полу торжествующе хихикали мне вслед.


LI 3.9.25