Подружка , я сегодня уже плакала утром .... Теперь я уже плачу почти ночью.... Я вспоминаю свою собаку , которую даже и похоронить не смогла по-достойному .... ну такова жизнь , нам надо думать о том , что будет после нас .....

Наверное, хоть как крепись, но несколько дней будет плохо. Ужасно плохо. Давить всё внутри, не давая выхода, тоже плохо - отравление болью тяжелее, чем любой яд.
Нам просто надо пережить эти несколько дней. Боль утихнет потихоньку, и перестанут чудиться за каждым поворотом Её очертания

просто трудно...
не знаю, как взяться за работу... не знаю, как не плакать навзрыд, когда рядом люди... как улыбаться и прятать опухшие глаза...
выпить валерианки и успокоиться
через час поехать к врачу и испугать её своим внешним видом

А я помню себя , когда пришлось усыпить нашего спаниеля ..... Он понимал , что пришли его усыплять и стал ползти на парализованных лапах к нам.... Не могу забыть этого. Вчера прорыдала весь вечер , и опять слезы подступают .... Помню как я приходила на работу и прятала заплаканные глаза , а на меня все смотрели как на дуру .... Подумаешь , собака сдохла.... Но сейчас у нас бегает смешной рыжий лаб , я влюблена в эту породу до безумия , более симпатичного , упертого и забавного существа не знаю.... Пошла к нему , упаду на грудь , слушая биение его большого сердца и хрюканье розового носа сразу же успокоюсь .... надо было его назвать Валериан :) от слова валерьянка.....действует убаюкивающе....Жаль ты далеко , а то я бы прописала тебе его на время :)

Тоже плачу. Тоже воспоминания. Мою киску звали Фросей. Она была совсем молоденькой, когда мы её в деревню летом привезли - чтобы почувствовала вкус свежей травы и настоящей свободы... А там - мор...

Тоже плачу. Тоже воспоминания. Мою киску звали Фросей. Она была совсем молоденькой, когда мы её в деревню летом привезли - чтобы почувствовала вкус свежей травы и настоящей свободы... А там - мор...

сочувствую :(
у меня Деми еще не перешла в класс воспоминаний... слишком всё еще свежо... и даже нельзя предаться грусти на полную катушку. Нельзя... поэтому мы позволили себе только три дня на её оплакивание... а теперь стараемся отпустить
я научилась говорить о ней без слез, но не научилась подавлять в себе внутреннее напряжение. Слез потом нет, но такая боль сжимает всё внутри, что я стараюсь не говорить... не вспоминать...