Марк Захарович Шагал - белорусский, российский и французский художник, график, живописец, сценограф и поэт (идиш) еврейского происхождения, один из самых известных представителей художественного авангарда XX века. Ирреальные произведения (часто на фольклорные и библейские темы), отмеченные тонкой красочностью, выразительным живописным рисунком.

Начало темы "Марк Шагал (1887-1985, Россия/Франция) на марках разных стран. Часть 1" см. рубрика "Художники разных стран-7".
[700x259]
[700x255]
187
[594x700]
188
[555x700]
189
[390x582]
190
[493x700]
192
[647x700]
194
[480x609]
На марках:

187. Ссора. 1914. Нью-Йорк. Музей Соломона Гуггенхайма.

188. Элиэзер и Ревекка (Ревекка даёт слуге Авраама напиток). 1931. Ницца. Национальный музей Библейское послание Марка Шагала.
Авраам велит Элиэзеру взять 10 верблюдов и отправляться в путь. Надо у родственников взять девушку и привезти ее в жены любимому сыну Исааку. В книге «Бытие» история Ревекки и Элиэзера повторяется три раза. С поразительным постоянством художники выбирают момент встречи Элиэзера и Ревекки. Возможно, потому что здесь столько персонажей – и Ревекка, и Элиэзер, и погонщики, и верблюды, и горожанки, пришедшие за водой, короче – есть где развернуться художественной мысли. И композицией можно поиграть, и цветом, и фактурой.

189. Художник в деревне. Литография. 1969. Частная коллекция.

190. Ида у окна. 1924. Амстердам. Городской музей, Стеделейкмюсеум. (Литография. Миннеаполис (шт. Миннесота). Университет. Художественный музей Вайсмана).

191. Прогулка. 1918. Санкт-Петербург. Государственный Русский музей. (См. № 3)

192. Маленькие крестьяне. Литография. 1968. Частная коллекция.

193. Бирюзовая тарелка. 1952.

194. Ворота еврейского кладбища. 1917. Париж. Центр Жоржа Помпиду. Национальный музей современного искусства.
Картина в духе Апокалипсиса. Она являет собой своего рода образ тотальной катастрофы, отражающий современные события и полный предчувствия будущих перемен. Но мир предстает насквозь духовным и устремленным от земли к небу и одновременно рушащимся и не имеющим в себе надежду на преодоление хаоса. Изображены монументальные старые ворота в глухой тени кладбищенского дерева. Они приоткрыты, и взгляд зрителя устремляется вдаль по лунной дорожке к священным могилам. Захоронения изображены строго центрично, что говорит об их важности для художника. Конкретные формы – каменные столбы, фронтон с надписью, обещающей грядущее воскресение, деревянный забор и калитка, приоткрытая, как-будто для новых обитателей, ствол дерева и ветки с листочками, надгробия – всё это наполнено светом и переходит в абстрактные световые и цветовые плоскости. Активные контрасты свето-теневых эффектов, динамичные ритмы лунного света и ночного неба придают картине черты сакральной живописи.