Начало темы "Антонио да Корреджо (1489-1534). Италия. Часть 1" - Рубрика: "Художники разных стран - 5".
[700x285]
[700x281]
[700x263]
[700x282]
[700x274]
[700x267]
На марках:

44. Мадонна со святыми Георгием, Петром и Иоанном. 1530. Дрезден. Галерея старых мастеров. (См. № 16)

45. Мистическое обручение Св. Екатерины. 1511-15. Вашингтон. Национальная галерея искусства. (См. № 2)

46. Портрет читающего мужчины. 1525. Милан. Замок Сфорца.
Авторство портрета долгое время обсуждалось критиками, предлагались кандидатуры Пармиджанино и Корреджо, мастеров позднего Возрождения школы Эмильи-Романьи. Картина последнего, с виду простая в отношении техники живописи, в действительности является результатом комплексного исследования римского классицизма Рафаэля, работ Мантеньи, Леонардо и натуралистической матрицы Падуи. На полотне изображён бюст мужчины в темном костюме, с густой бородой и длинными волосами, погруженного в чтение небольшой книги (возможно, сборник «Сонетов» Петрарки). Уникальность перспективного решения, поза мужчины и его рука, в дополнение к легкой тени от шляпы на лбу, помогают зрителю проникнуться задумчивой атмосферой произведения. Взгляд читающего, направление которого нельзя уловить, подчеркивает психологическую напряженность ситуации. Деревья и лужайка на заднем плане создаются размытыми цветами, которые, перемещаясь в одном направлении, создают впечатление висящего в воздухе сада. Подобные приёмы демонстрируют определенную отрешенность манеры Пармиджанино, аристократической и формальной, что подтверждает принадлежность картины кисти Корреджо. Отождествление небольшой книги со сборником Петрарки (карманным изданием «Сонетов», которые были очень популярны в то время) объясняется наличием изображения на заднем плане молодого оленя на поляне, упоминаемого в сонетах.

47. Мученичество четырёх святых. 1523. Парма. Национальная Галерея.
Мученичество святых Пласидо, Флавии, Евтихия и Викторина.
Необычный сюжет, вероятно, выбранный самим заказчиком, но имеющий вполне определенное символическое значение. Пласидо был одним из первых учеников св. Бенедикта, отправившийся на Сицилию, чтобы проповедовать бенедиктинские правила, где был убит вместе с братьями во время вторжения неверных. Насилие все еще продолжается: Евтихий и Викторин уже были обезглавлены, а Пласидо и Флавия, в центре сцены, ожидают со спокойным смирением последнего удара. Экстатический взгляд обоих святых уже обращен к видению Рая, вечное спасение подтверждается присутствием летящего Ангела, приближающегося к ним с венцом, пальмовой ветвью и лилией. Асимметричная диагональная композиция картины заостряет контраст между духовным спокойствием двух святых и грубостью жестов палачей, усиливая драматизм сцены и нарастание изображенной жестокости, чему соответствует также яркий интенсивный синий цвет на заднем плане. Эмоциональное напряжение убийцы, который готовится нанести последний удар, подчеркнуто жестами, одеянием: обнаженное плечо, чтобы лучше управляться с мечом, поднятая для удара рука, сильный поворот верхней половины тела и головы к жертве. Тема жертвенности и мученичества как пути к спасению была особенно важна для Церкви во времена Контрреформации.

48. Екатерина Александрийская. 1508-10. Лондон. Национальная галерея.

49. Святые Пётр, Марфа, Мария Магдалина и Леонард. Нью-Йорк. Музей Метрополитен.

50. Мадонна делла Скоделла (Отдых на пути из Египта). 1525-30. Парма. Национальная галерея. (См. № 12)
Чаша в руке у Богородицы, куда ангел наливает воду из чудесного источника в пустыне, дала картине её общеизвестное название. Младенец здесь постарше, это ясно указывает, что эпизод происходит во время возвращения Святого Семейства из Египта. Святой Иосиф только что сорвал с пальмы финики и протягивает их сыну. Именно он - главное действующее лицо картины, написанной по заказу братства Святого Иосифа. В глубине виден ангел, привязывающий к дереву усталого осла. Выше - ликующие ангелы в облаках, облитые теплым золотистым божественным светом, пронизывающим всю картину. В выверенной и умело оркестрованной композиции, полностью построенной на диагонали, где располагаются главные действующие лица священной истории, больше всего поражает, как всегда у Корреджо, невероятная естественность и глубоко гуманное чувство, порождаемое божественными образами, а также подчеркнутые «переживания», что будет одной из ключевых составляющих успеха художника в эпоху барокко.

51. Мадонна с младенцем и маленьким Иоанном Крестителем в гроте. 1516. Мадрид. Прадо. (См. № 3)