[700x378]
[460x471]
Этот выпуск новой серии почтовых марок посвящён советским лётчикам, совершившем воздушные тараны:
1. Пётр Васильевич Еремеев (1911–1941) — заместитель командира эскадрильи авиаполка Московской зоны обороны, старший лейтенант, награждён орденом Красного Знамени. Герой России (1995 год). Пётр Еремеев в ночь на 29 июля 1941 года на самолёте-истребителе МиГ-3 впервые в истории Великой Отечественной войны совершил ночной таран.
2. Екатерина Ивановна Зеленко (1916–1941) — первая в мире женщина-лётчик, совершившая на истребителе Су-2 воздушный таран, старший лейтенант, Герой Советского Союза, награждена орденом Красного Знамени. Служила в 19-й лёгкой бомбардировочной авиационной бригаде, расквартированной в Харькове. С первого дня войны участвовала в боях, будучи заместителем командира эскадрильи. Всего совершила 40 боевых вылетов.
3. Борис Иванович Ковзан (1922–1985) — единственный советский лётчик, совершивший четыре воздушных тарана. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 24 августа 1943 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с врагами, капитану Б.И. Ковзану присвоено звание Героя Советского Союза. Всего за годы войны он совершил 360 боевых вылетов, провёл 127 воздушных боя, сбил 28 немецких самолётов.
4. Алексей Степанович Хлобыстов (1918–1943) — Герой Советского Союза, награждён орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени. 8 апреля 1942 году в групповом бою сбил три самолёта противника: один — пулемётным огнём, два — применив таран. После чего ему удалось посадить машину истребитель Р-40 на родном аэродроме. Совершил 335 боевых вылетов, сбил 7 самолётов противника лично и 24 в групповом бою.

Воздушный таран не был предусмотрен воинским уставом, наставлениями или инструкциями. Советские лётчики прибегали к такому крайнему средству не по приказу. Во время Великой Отечественной войны советские лётчики совершили более 600 таранов. В части люфтваффе был даже разослан циркуляр, запрещавший приближаться к советским самолётам ближе чем на 100 м во избежание тарана.
Есть довольно распространённое мнение, что таран - это некий фатальный акт самопожертвования. Если исходить из логических рассуждений о целесообразности тарана, то тогда надо учесть ряд факторов. Большая вероятность, что гибнут оба самолёта и оба лётчика. Какой лётчик и какой самолёт ценнее для своей армии. В бою нет места для этих рассуждений. Советская военная доктрина рассматривала таран, как акт героизма, исключительной храбрости и готовности к самопожертвованию.
Германское командование ценило своих лётчиков и самолёты более высоко, чтобы обменивать их один на один. А отношение сталинского руководства и командования Красной Армии к своим людским ресурсам известно. Да и по численности войск у СССР всегда было преимущество.
Пожалуй, нет в истории военной авиации боевого приема, отношение к которому так менялось бы в зависимости от политической ситуации в стране, как к тарану. В советскую эпоху было принято только восхищаться подвигом летчика, не анализируя причины, вынуждающие его таранить вместо того, чтобы поражать противника огнем. В перестроечно-обличительный период таран рассматривался исключительно как акт отчаяния, простой размен машины на машину, пилота на пилота.
В 1943 -1945 годах у советских летчиков отношение к тарану стало меняться. Проще стало поразить противника огнем. Необходимость прибегать к приему 1941 года возникала все реже.