[668x571]
[700x592]
Весною 1927 года при распределении тем Реввоенсовета на картины к десятилетию Красной Армии художник остановился на теме, оставшейся свободной и никого не заинтересовавшей: "В.И.Ленин у прямого провода".
Грабарь ответственно отнёсся к поставленной ему задаче. Вот строки его воспоминаний: Я отдавал себе отчет в том, что моя тема не просто жанр, не случайный эпизод, а историческая картина. Не о пустяках же говорил Ленин с фронтами во время всяких интервенций...
Верность художника натуре сказалась и в том, что в своей мастерской он воссоздал всю обстановку переговоров по прямому проводу — от большого дивана красного дерева и стола с картой военных действий и стаканом чая на ней до аппарата Бодо, взятого «напрокат» из Политехнического музея: «Писал всё с натуры, используя часы раннего утра между четырьмя и пятью в апреле и вечера при заходе солнца, чтобы получить нужный эффект двойного света — свет загорающегося дня и электрического освещения в комнате...». Даже розовый цвет стен соответствовал реальному помещению телеграфной, что особенно удовлетворило художника для решения колористических задач.
В комнате с красными стенами горит электричество. Свет лампы бросает резкие тени. Слева на диване спит телеграфист, работавший ночью. Над диваном календарь на 1918 год. Стынет недопитый стакан чая. Ленин диктует телеграмму. Строго, спокойно. Жест его руки тверд. Застыл в ожидании телеграфист. Ленин на мгновение задумался… Шелестит лента в руках личного секретаря Ленина Николая Петровича Горбунова. Художник чрезвычайно деликатно и умно решил композицию.
Во время написания картины уже были установлены принципы соцреализма: 1) описывать реальность точно, в соответствии с конкретным историческим революционным развитием; 2) согласовывать свое художественное выражение с темами идеологических реформ и воспитанием трудящихся в социалистическом духе. Картина полностью соответствует этим принципам.
В начале 1900-х Грабарь испытал большое влияние импрессионизма и постимпрессионизма. Для его творчества наиболее характерны неброские по мотиву, но чрезвычайно звучные, эмоционально-насыщенные по цвету пейзажи. Тогда же обнаружился и его талант портретиста. В послереволюционный период путь художника отмечен тяжелыми компромиссами. Он пишет все больше автопортретов и портретов, особенно его привлекают «старинные русские люди», стойко сохранившие свое творческое достоинство: таковы академики на картинах, заказанных в 1935 для конференц-зала Академии наук. Из этого фона выпадают заказные официозные большие полотна «В. И. Ленин у прямого провода» и «Крестьяне-ходоки на приеме у В. И. Ленина и И. В. Сталина». Но и к ним с художественной точки зрения нет претензий. Во все времена художники писали портреты власть предержащих и выполняли их заказы. И вряд ли можно от всех советских художников ожидать, чтобы они были диссидентами и борцами с режимом.