[700x492]
Новиков Николай Иванович (1744—1818), просветитель, писатель, журналист, издатель. Организатор типографии, библиотек, школ в Москве, книжных магазинов в 16 городах России. Издавал сатирические журналы «Трутень», «Живописец», «Кошелёк», книги по всем отраслям знаний. Деятельность Новикова была в полном расцвете, когда над ним собиралась уже гроза. Напечатанная Новиковым "ругательная" история иезуитов, которым покровительствовала императрица, была запрещена. Еще до окончания следствия императрица повелела тайно перевезти Новикова в Шлиссельбургскую крепость. В 1792 году императрица подписала указ о заключении Новикова в Шлиссельбургскую крепость на 15 лет. Император Павел I в первый же день своего царствования освободил Новикова. Новиков был взят в крепость еще в полном развитии его сил и энергии, а вышел оттуда "дряхл, стар, согбен". Бесстрашный человек Левицкий не отступается от своего опального друга и создает портрет великого просветителя ХVIII века.
Портрет относится к тому времени, когда Новиков был освобождён из тюрьмы. Просветитель изображён в момент беседы, когда его мысль воплощается в слово, обращённое к слушателю. Лицо выписано мягко сплавленными мазками. Композиция необычна для Левицкого: портретируемый изображён на фоне стенного проёма, за которым открывается пейзажный вид. (Обычно в сгустившихся тучах видят намёк на трагическую судьбу просветителя.) Срез фигуры не погрудный, а поясной, так как художнику было важно изобразить движение руки, подчёркивающее общий замысел полотна.
Новиков без парика, в простом суконном сюртуке. У него грузная фигура и массивное лицо с крупными чертами. Поредевшие, зачёсанные назад волосы открывают высокий, покатый лоб. Густые, с характерным крутым изломом брови подчёркивают задумчивое выражение глаз. Как будто в разговоре чуть приоткрыты мягкие губы. Простота и естественность выражения — вот что подчёркивает художник в этом образе. Но тем не менее мы сразу же чувствуем всю необычайную значительность человека, изображение которого мы видим перед собой. Несмотря на жестокие испытания, выпавшие на долю Новикова, в его облике, переданном Левицким, нет печати болезни и мученичества. Напротив, художником подчёркнута его энергия и несломленность духа. Движение руки, полуоткрытый рот создают ощущение того, что просветитель лишь на секунду прервал пламенную речь, в его глазах горит неиссякаемая и неколебимая вера в своей правоте.
Среди поздних произведений Левицкого очень важен, интересен и значителен этот портрет. Он дошёл до нас в нескольких репликах. До сих пор специалистам не удалось установить, принадлежит ли хотя бы одна из них кисти самого Левицкого или они являются копиями с утерянного образца. Ясно только одно, что все они восходят к портрету, написанному Левицким. Это обстоятельство и высокое живописное качество полотен (особенно хранящегося в Третьяковской галерее) даёт возможность рассматривать это произведение в общем ряду оригинальных работ Левицкого. Приходится только удивляться таланту художника — немолодого, слепнущего, испытывавшего сильную нужду, но сумевшего остаться большим, глубоким и проникновенным мастером.