[700x372]
Из века в век передается сказ о мужественном крестьянине, пожертвовавшем самым дорогим во благо Отчизны. Имя Сусанина стало нарицательным, а официальная история канонизировала костромчанина.
О жизни Ивана Сусанина не известно в точности почти ничего. Сусанин был крепостным дворян Шестовых, проживавшим в селе Домнино, примерно в 70 верстах к северу от Костромы.Согласно легенде (не подтвержденной научными изысканиями), поздней зимой 1613 года уже наречённый Земским собором царём Михаил Романов и его мать, инокиня Марфа, жили в своей костромской вотчине, в селе Домнино. Зная об этом, польско-литовский отряд пытался отыскать дорогу к селу, чтобы захватить юного Романова. Недалеко от Домнина они встретили вотчинного старосту Ивана Сусанина и приказали показать дорогу. Сусанин согласился, но повел их в противоположную сторону, к селу Исупову, а в Домнино послал своего зятя Богдана Сабинина с известием о грозящей опасности. За отказ указать верный путь Сусанин был подвергнут жестоким пыткам, но не выдал места убежища царя и был изрублен поляками «в мелкие куски» на Исуповском болоте. Михаил Фёдорович и инокиня Марфа нашли спасение в Костромском Ипатьевском монастыре. Доказательством реальности подвига Ивана Сусанина считается царская грамота от 30 ноября 1619 года о даровании зятю Сусанина Богдану Сабинину половины деревни с «обелением» от всех податей и повинностей «за службу к нам и за кровь, и за терпение…».
Визит Екатерины II в Кострому в 1767 году положил начало официальной традиции: упоминать Сусанина как спасителя Михаила — основателя династии Романовых. В 1812 году С. Н. Глинка прямо возвёл Сусанина в идеал народной доблести и самопожертвования. В качестве бесспорного героя Отечества Сусанин отныне становится непременным персонажем учебников по истории. Прославление Сусанина приобрело официальный характер и стало одним из проявлений государственной политики. История подвига идеально соответствовала идеологической формуле «Православие, самодержавие, народность».
Казённый сусанинский культ не мог не порождать и общественного неприятия, выражаемого зачастую в крайних формах. В годы реформ Александра II переоценке подверглись многие ценности николаевской эпохи, в том числе прославление Сусанина. Официальная версия подвига Сусанина, идеологически и историографически оформленная в правление Николая I, впервые была подвергнута критике и открытому высмеиванию в статье профессора Петербургского университета Н. И. Костомарова «Иван Сусанин», вышедшей в феврале 1862 года. Не отрицая существования личности Сусанина, автор утверждал, что общепринятая версия о сусанинском подвиге является позднейшим вымыслом.
После Октябрьской революции имя Сусанина попало в разряд «слуг царей». Ленинский план монументальной пропаганды предусматривал снятие памятников, «воздвигнутых в честь царей и их слуг»: уже накануне первой годовщины революции в 1918 году началось разрушение памятника подвигу в Костроме. В массовой пропаганде 1920-1930-х годов основной упор делался на то, что подвиг Сусанина — это миф. Однако в конце 1930-х годов произошла фактическая «реабилитация» Сусанина наряду с Кузьмой Мининым, Дмитрием Пожарским, Александром Невским, Дмитрием Донским и даже монархами Иваном Грозным и Петром Великим. В 1938 году вновь началось возвеличивание Сусанина как героя, отдавшего жизнь за Отчизну. В 1939 году в Большом театре было возобновлена посвящённая Сусанину опера Глинки «Жизнь за царя». Опера получила новое название «Иван Сусанин» и новое либретто. В честь Сусанина был переименованы районный центр и район, на территории которого он жил и погиб.
В советской исторической науке оформилась идеологическая установка, которая категорически отрицала факт спасения Сусаниным Михаила Романова, считая Сусанина героем-патриотом, подвиг которого не имел никакого отношения к спасению царя.
Образ Сусанина нашёл свое отражение в фольклоре. Как обычно и бывает, официальной героизации противопоставляется ирония, нелепость, абсурдность ситуации, а сам Сусанин в анекдотах из фигуры трагической превращается в нарицательный образ "великого путаника".