[700x295]
Из сообщений ТАСС:
26 октября 1968 года на орбиту искусственного спутника Земли выведен космический корабль «Союз-3». Космический корабль пилотирует летчик-космонавт, Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель СССР полковник Береговой Георгий Тимофеевич. В процессе вывода и в полете по орбите космонавт выполнил все операции по заданной программе, обстоятельно докладывал о работе систем корабля. Самочувствие летчика-космонавта товарища Берегового Георгия Тимофеевича хорошее. В соответствии с программой полета на первом витке корабль «Союз-3» производил сближение с беспилотным кораблем «Союз-2». На первом этапе сближение до расстояния 200 метров осуществлялось автоматической системой. Последующие операции по сближению проводил летчик-космонавт товарищ Береговой с использованием системы ручного управления. /«Правда», 27 октября 1968 г./
Докладываю Центральному Комитету Коммунистической партии Советского Союза и Советскому правительству – полет проходит нормально. Успешно выполнил маневрирование и сближение с космическим кораблем «Союз-2». Настроение бодрое. Горячо благодарю Центральный Комитет родной партии и Советское правительство за оказанное мне доверие. Полет проходит по программе. Выполняю научные эксперименты. Системы работают отлично. Состояние отличное. /Летчик-космонавт Г. Береговой «Правда», 27 октября 1968 г./
30 октября 1968 года космический корабль «Союз-3», пилотируемый летчиком-космонавтом товарищем Береговым Георгием Тимофеевичем, совершил посадку в заданном районе территории Советского Союза. Полет космического корабля «Союз-3» продолжался четверо суток. Программа научных и технических исследований, проводимых летчиком-космонавтом Георгием Тимофеевичем Береговым, успешно завершена. /«Правда», 31 октября 1968 г./

На самом деле основная часть программы: стыковка с беспилотным кораблём «Союз-2» - не была выполнена. Попытка стыковки не удалась из-за ошибки космонавта в ориентации «Союза-3» по крену (ошибка составила примерно 180 градусов, то есть «Союз-3» как бы перевернулся вверх ногами). Наблюдаемая космонавтом картина взаимного расположения кораблей визуально отличалась от той, которую он наблюдал на наземном тренажёре, но космонавт не распознал неправильную ориентацию по крену. Антенна ориентации на «Союз-3» была справа от космонавта, а антенна ориентации «Союз-2» оказалась слева. При правильной ориентации обе антенны должны были оказаться справа. В темноте Береговой несколько раз отходил и вновь предпринимал попытку стыковки и всякий раз «Союз-2» отворачивался от «Союза-3». Космонавт не вёл контроль запаса топлива, расходуемого двигателями. Ошибку в ориентации по крену Береговой распознал только после выхода кораблей из тени Земли, но на манёвры по сближению и ориентации уже было израсходовано всё топливо, предназначенное для стыковки, остатки топлива нельзя было более расходовать, так как они были нужны для ориентации корабля при выдаче тормозного импульса для возвращения на Землю. Такого сообщения в подробнейших многословных текстах ТАСС конечно не было. В освоении Космоса в СССР ошибок и неудач быть не могло.

Из статьи космонавта, конструктора космических кораблей Константина Петровича Феоктистова "О полёте «Союз-3»":
Эта очередная неудача с «Союзом» очень, конечно, расстраивала. Обидно было, что она произошла по такой глупой причине, как неспособность летчика-испытателя различить обозначенные огнями «верх» и «низ» у встречного корабля. Еще более обидно было, что такая ситуация произошла из-за амбиций ВВС: они настаивали на том, чтобы управление сближением было у пилота. Как они ни были неграмотны, все же понимали, что на больших расстояниях пилоты не смогут заменить счетно-решающие устройства, но тем не менее порулить хотелось, и мы имели глупость разрешить космонавту ручное управление процессом причаливания с расстояния двухсот метров до стыковки. Ручное управление причаливанием для нас было резервным вариантом на случай выхода из строя какого-нибудь звена в цепочке управления.
Через некоторое время после этого полета тогдашний начальник ЦПК Кузнецов был уволен, а на его место назначен Береговой. Сначала это вызвало некоторое недоумение, но потом стало понятно - обычный алгоритм: назначая человека на влиятельную командную должность, его начальство заботилось о том, чтобы он оставался таким же послушным в будущем, как и в первый день работы на новой должности. В этом смысле назначение начальником скомпрометированного в профессиональном деле человека очень удобно для его начальства. Этот алгоритм использовался и в ВВС. Бедный Береговой: всю дальнейшую жизнь его держали «на крючке».

Георгий Тимофеевич Береговой (1921-1995) - лётчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза (единственный удостоен первой звезды Героя за Великую Отечественную войну, а второй — за полёт в космос). Заслуженный лётчик-испытатель СССР. Генерал-лейтенант авиации. Кандидат психологических наук. В 1948—1964 годах работал лётчиком-испытателем. Освоил десятки типов самолётов. В 1956 году окончил Военно-воздушную академию. В 1963 году зачислен в отряд советских космонавтов. В 1972—1987 годах — начальник Центра подготовки космонавтов. В 1987 году в звании генерал-лейтенант ушёл в отставку.
22 января 1969 года в Кремле во время торжественной встречи космонавтов офицер Виктор Ильин обстрелял автомашину, в которой ехал Береговой, приняв её за автомобиль Брежнева (ошибке способствовало и лёгкое внешнее сходство Берегового с Брежневым). Сидевший рядом с Береговым шофёр был смертельно ранен; сам Береговой был легко ранен осколками лобового стекла.