[700x277]
Рихард Вагнер (1813-1883) - немецкий композитор.
Мистицизм и идеологически окрашенный антисемитизм Вагнера повлияли на немецкий национализм начала XX века, а в дальнейшем на национал-социализм, окруживший его творчество культом, что в некоторых странах (особенно в Израиле) вызвало «антивагнеровскую» реакцию после Второй мировой войны.
Вагнер родился в Лейпциге в семье чиновника. Детство Вагнера не было благополучным: он много болел, семья часто переезжала. По некоторым данным, Вагнер был внебрачным сыном актера, живописца и поэта Людвига Гайера, женившегося на матери Вагнера вскоре после смерти ее мужа. В обществе считалось, что отчим Вагнера еврейского происхождения. То же писали и про мать Вагнера
Иоханну-Розину, из семьи Бетман-Хольвег, якобы евреев, принявших лютеранство.
В 1831 поступил в Лейпцигский университет. С 1833 Вагнер работал театральным хормейстером в Вюрцбурге, затем дирижером музыкальных театров в Магдебурге (1834-36), Кёнигсберге (1837), Риге (1837-39). В 1839-42 жил в Париже, где создал первые зрелые произведения: увертюру "Фауст" и оперу "Летучий голландец". В 1843- 49 работал дирижером придворного театра в Дрездене; там же
написал 2 оперы: "Тангейзер" и "Лоэнгрин". Участник Дрезденского восстания 1849, после подавления которого эмигрировал в Швейцарию. В 1849-58 жил в основном в Цюрихе. В 1852 Вагнер завершил литературный текст оперной тетралогии "Кольцо нибелунгов" на основе скандинавского эпоса 8-9 вв. "Эдды" и немецкого средневекового эпоса 13 в. "Песнь о нибелунгах". В 1852-56 написал
музыку первых частей тетралогии: "Золото Рейна" и "Валькирия". В 1857-59 создал оперу "Тристан и Изольда". После периода скитаний (1859-64) Вагнер по приглашению баварского короля Людвига II переехал в Мюнхен, и один из самых красивых в мире замок Нойшванштайн был отчасти возведён и в его честь. Нойшванштайн означает «Новый Лебединый замок» по аналогии с королём-лебедем, одним из персонажей Вагнера. Людвиг Баварский, разочаровавшись в Вагнере как человеке, неизменно оставался страстным поклонником его искусства.
В 1836 году женой Вагнера стала Минна, актриса оперного театра. Позже оказалось, что поспешный брак не принес счастья. Молодой, необеспеченный композитор, одержимый новыми грандиозными идеями, веривший в свое великое призвание, и красивая практичная женщина (старше его на 4 года), не любившая ни театра, ни искусства, были совершенно чужими людьми.
Козима, младшая дочь Листа, живя в доме Вагнера в качестве его секретаря, старалась создать композитору семейный уют, которого он был так долго лишен. Брак ее с Бюловом оказался несчастливым, а любовь к Вагнеру зрела в ее душе. Женщина спокойного нрава, она не выносила резких выходок Ганса. Тем не менее сначала она жила и с мужем и Вагнером, но затем предпочла любовника. Поведение Вагнера глубоко оскорбило не только Бюлова, его ближайшего друга, но и другого его верного друга — Листа, отца Козимы.
На склоне лет, Вагнер был старше Козимы на 24 года, он узнал счастье отцовства — один за другим рождались дети, которым композитор давал имена своих любимых оперных героев. Еще в Мюнхене, во время репетиций «Тристана», появилась на свет Изольда, за ней — голубоглазая, златокудрая Ева, названная в честь герцогини «Мейстерзингеров», и, наконец, желанный сын, нареченный Зигфридом. Его рождение совпало с завершением оперы «Зигфрид».
Как писал правнук композитора музыковед Готфрид Вагнер «если Новым заветом нацистского политического и религиозного культа был "Майн кампф", то Ветхим заветом служили работы Рихарда Вагнера», в частности его статьи «Еврейство в музыке» и «Что является немецким?»(1878)). Именно Вагнер, а не Гитлер является автором идеи «окончательного решения еврейского вопроса».
Антисемитские выступления Вагнера вызывали протесты и при его жизни. В 1880 году, после очередного антисемитского выступления, Баварский парламент потребовал от Людвига II изгнания Вагнера из пределов королевства, сочтя неприличным оказание протекции такому человеку. Юдофобские высказывания Вагнера касались не только роли евреев в музыке, но и еврейства в целом.
Творчество Вагнера и его мировоззрение произвели глубокое впечатление на Гитлера. Многое из литературного и философского наследия композитора находило отклик в представлениях Гитлера о великом предназначении немецкой нации, призванной править миром. Гитлер считал Вагнера своим духовным учителем: "На каждом этапе моей жизни я возвращался к Вагнеру".
Из статьи Губерман об исполнении еврейскими музыкантами музыки Вагнера в Израиле (Игорь Губерман - писатель, поэт, получивший широкую известность благодаря своим афористичным и сатирическим четверостишиям, «гарикам»):
Вагнер был не просто антисемитом, отвечают сторонники бойкота Вагнера в Израиле, он был идеологом антисемитизма, одним из духовных отцов нацизма. И в доказательство приводят слова самого Вагнера: «Евреи — это черви, крысы, глисты, трихины, которых нужно уничтожить, как чуму, до последнего микроба, потому что против них нет никаких средств, разве что ядовитые газы»... «Я
пришел к выводу, что даже одной микроскопической капли еврейской крови уже достаточно, чтобы человек никогда не смыл с себя позор быть евреем, и он должен быть уничтожен».
О своей собственной музыке (об опере «Парсифаль») Вагнер пишет: «Звуки уничтожения, которые я написал для литавр в соль миноре, олицетворяют гибель всех евреев, и, поверь, я не написал ничего прекраснее». «Парсифаль — это избавление от Избавителя, ведь в жилах Христа текла еврейская кровь».
Вагнер не ограничился музыкой: он представил в баварский парламент проект уничтожения евреев — это, насколько нам известно, первый план геноцида, представленный официально.
Кстати, это вызвало резкую реакцию Ницше, заявившего, что музыка Вагнера — это «яд, одурманивающий мозг», и написавшего Вагнеру, что он достоин «умереть в тюрьме, а не в своей постели. Вы не человек, Вы просто болезнь».
А как относятся к музыке Вагнера его коллеги-музыканты?
Д. Верди: «Как бы ни было грустно, но мы должны расстаться с музыкой Вагнера, если не хотим, чтобы нас поглотила злая сила».
Г. Нейгауз: «Музыка Вагнера пробуждает худшее».
Но самым убедительным аргументом против разделения Вагнера-человека и Вагнера-композитора являются слова самого Вагнера: «Было бы величайшей ошибкой отделять Вагнера-мыслителя и философа от Вагнера-композитора. Может быть, в других случаях возможно, но в моем нет».
На известный вопрос, совместимы ли гений со злодейством, полагаем, что каждый человек отвечает на это самостоятельно.