[623x303]
Владимир Петрович Филатов (1875-1956) - офтальмолог и хирург, АН УССР (1939) и академик АМН СССР (1944).
Родился в селе Михайловка ныне Лунинского района Пензенской области в семье земского врача. В 1892 году поступил на медицинский факультет Московского университета, который окончил в 1897 году. Работал ординатором в глазной клинике университета, а затем в глазной больнице в Москве.
В 1906 году он стал ассистентом кафедры, защитил диссертацию на соискание учёной степени доктора медицинских наук.
В 1936 году по инициативе В.П.Филатова в Одессе был открыт Институт экспериментальной офтальмологии (ныне – Институт глазных болезней и тканевой терапии имени академика В.П.Филатова), который он возглавлял с 1936 по 1950 год.
За разработку методов пересадки роговицы и тканевой терапии Филатов в 1941 году был удостоен Сталинской премии.

Из воспоминаний доктора медицинских наук Светланы Васильевой, которой довелось работать вместе с ученым:
Я помню Владимира Петровича с 50-х годов. Когда я впервые оказалась в его доме, обратила внимание на пейзажи, висевшие на стенах. Оказалось, академик и картины писал, и стихи сочинял, и рассказы. К тому же он обладал артистическими способностями, отличался красноречием, в каждом его публичном выступлении непременно присутствовала изюминка. Никогда не забуду его изречений: «Солнце должны видеть все!» или «Пессимизм у постели больного бесполезен». Однажды, отдохнув в Крыму, Владимир
Петрович пригласил нас с мамой к себе. Когда мы пришли, он тут же подарил нам две картины с крымскими пейзажами. Мама попросила его подписать их. Взяв авторучку, он подписал: «Воталиф». Увидев наши удивленные лица, Владимир Петрович пояснил: «Я всегда так подписываю свои картины. Это означает: Филатов».
Говорят, Владимир Петрович консультировал самого Сталина. Не могу сказать, как он себя вел с «вождем народов», а вот с другими начальниками он всегда держался с чувством собственного достоинства.
Владимир Петрович был человеком глубоко верующим, он постоянно посещал церковь, соблюдал все церковные традиции, помогал церкви материально. В то время, когда за каждым шагом известных личностей следило «всевидящее око», не стал исключением и Филатов, к которому был приставлен личный «телохранитель».
Я хорошо запомнила тот момент, когда сын Владимира Петровича Сергей, будучи студентом медицинского института, решил жениться на Зое Котовой, девушке из религиозной семьи. Они решили обвенчаться. Тогда, в 50-е годы, об этом говорил весь институт. Комсомольское собрание решило исключить Зою из рядов ВЛКСМ.
Это был один из немногих случаев, когда мне довелось видеть Владимира Петровича разъяренным: «Кому это понадобилось! Ведь свалят все на меня: дескать, сам верующий и детей -- туда же… » Потом все как-то утряслось, они расписались, защитили диссертации, получили ученые степени. Сергей затем заведовал отделением, занимался излечением отслоения сетчатки глаза, Зоя также работала в институте по специальности. Однако не все было гладко: после смерти Филатова некоторые «коллеги» решили свести счеты. Сергей очень переживал, стал злоупотреблять спиртным, заболел (у него обнаружили рак) и в начале 80-х его не стало. Зою перевели в лаборанты (это кандидата наук!), а затем она вместе с сыном уехала за рубеж.
Владимир Петрович был трижды женат. Первый непродолжительный брак быстро распался. Вторая его супруга не могла смириться с тем, что Филатов всецело был отдан науке. Она сидела дома с сыном, томилась от одиночества. К ней частенько наведывались гости:
пели, играли… Познакомившись в один из таких вечеров с молодым человеком, она уехала с ним в Киев, оставив сына Филатову. Больше эта женщина никогда не появлялась в доме, но Владимир Петрович до конца своей жизни содержал ее, высылая деньги. Сережу воспитывали домашние экономки, а мать он больше никогда не видел.
А вот с третьей, последней своей супругой Филатов вступил в законный брак в 80-летнем возрасте. Его женой стала Варвара Скородинская, которая была младше академика лет на двадцать. Она во многом помогала Владимиру Петровичу, стала его личным секретарем, вела всю переписку, помогала ему в быту. Тогда-то она заявила академику: «Сколько можно меня компрометировать? Мы должны узаконить наши отношения. » Восьмидесятилетний Филатов сказал сыну: «Как человек порядочный я должен жениться… »
После двухлетней семейной жизни Владимира Петровича не стало.