[700x262]
[700x339]
Николай Нилович Бурденко (1876-1946) - хирург, основоположник российской нейрохирургии, главный хирург Красной Армии в 1937-1946 годы, академик АН СССР (1939 год), академик и первый президент АМН СССР (1944-1946), Герой Социалистического Труда (1943 год), генерал-полковник медицинской службы, участник русско-японской, Первой мировой, советско-финской и Великой Отечественной войн, лауреат Сталинской премии (1941). Почётный член Лондонского королевского общества хирургов и Парижской академии хирургии.
Родился в селе Каменка Пензенской губернии (ныне город Каменка Пензенской области).
Отец - сын крепостного, служил писарем у мелкого помещика, а затем управляющим небольшим имением.
Окончив Пензенскую духовную семинарию Бурденко сдал на отличные оценки вступительные экзамены в Петербургскую духовную академию. Однако, он резко изменил свои намерения и поехал в Томск, где поступил на недавно открывшийся медицинский факультет Томского Императорского университета.
С января 1904 года Николай Бурденко в качестве добровольца принимал участие медработником в русско-японской войне. В бою у Вафангоу, при выносе раненых под огнём неприятеля был сам ранен ружейным выстрелом в руку. Награждён солдатским Георгиевским крестом за проявленный героизм.
С 1907 года работал хирургом Пензенской земской больницы. Сочетал медицинскую деятельность с научной работой и написанием докторской диссертации, защитил её в 1909 году и получил звание доктора медицины. Летом того же года уехал в командировку за границу, где провёл год в клиниках Германии и Швейцарии.
В июле 1914 года, с началом Первой мировой войны, Николай Бурденко заявил о желании отправиться на фронт, и был назначен помощником заведующего медицинской частью Красного Креста при армиях Северо-западного фронта. Организовывал перевязочно-эвакуационные пункты и полевые лечебные учреждения, лично оказывал тяжело раненым неотложную хирургическую помощь на передовых перевязочных пунктах, попадая при этом нередко под обстрел. Успешно организовал эвакуацию более 25 000 раненых в условиях военной несогласованности и ограниченности санитарного транспорта.
Летом 1917 года Николай Бурденко был контужен на линии фронта. По состоянию здоровья вернулся в Юрьевский университет и был избран там заведующим кафедрой хирургии.
Накопив за время Первой мировой войны обширный материал в области лечения повреждений нервной системы, Бурденко считал необходимым выделить нейрохирургию в самостоятельную научную дисциплину. Переехав в 1923 г. в Москву, он открыл в хирургической клинике Московского университета нейрохирургическое отделение, став профессором оперативной хирургии.
С 1924 года Бурденко был избран директором хирургической клиники при институте. Этой кафедрой и клиникой он руководил до конца своей жизни, теперь эта клиника носит его имя.
C 1929 года Николай Бурденко стал директором нейрохирургической клиники при Рентгеновском институте Наркомздрава. На базе этой в 1932 году был учреждён первый в мире нейрохирургический институт (ныне институт нейрохирургии имени Н. Н. Бурденко).
В 1939-1940 годах во время советско-финской войны 64-летний Бурденко выехал на фронт, проведя там весь период боевых действий, и руководил организацией хирургической помощи в действующей армии.
В 1941 году, с начала Великой Отечественной войны — главный хирург Красной Армии.
В 1941 году академик Бурденко был второй раз контужен во время бомбардировки на переправе через Неву. В конце сентября 1941 у него произошёл инсульт. Он пролежал около двух месяцев в больнице, почти полностью лишился слуха, и был эвакуирован сначала в Куйбышев, затем в Омск.
В апреле 1942 года Николай Бурденко прибыл в Москву, где продолжал исследовательскую работу. В ноябре того же года был назначен членом Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков.
30 июня 1944 года, в период завершающих битв войны, по инициативе Н. Н. Бурденко и в соответствии с разработанным им планом, была учреждена Академия медицинских наук СССР. Бурденко стал её президентом.
В июле 1945 г. его поразил второй инсульт, а летом 1946 г. с Бурденко случился третий инсульт.

12 января 1944 года Бурденко был назначен председателем «Специальной комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу (близ Смоленска) военнопленных польских офицеров».
Польские военнопленные были захвачены советской стороной, переписка с ними прекратилась в 1940 году. По расследованию их убийства немецкие власти в 1943 году опубликовали ряд документов. Советская сторона не признавала данные обвинения, и провела после освобождения территории от немецких оккупационных войск собственное расследование.
22 сентября 1943 года Бурденко обратился к В. М. Молотову с письмом, в котором сообщил, что методы расстрела советских граждан в Орле были идентичны способу казни польских офицеров, описанному в немецких публикациях.
13 января 1944 года на первом заседаний Специальной комиссии, Бурденко заявил: "...способы убийств изобличают немецкие руки, я это со временем докажу".
На польских трупах, согласно записке Бурденко, «к счастию нашлись» неотправленные письма и другие документы с датами, которые указывали, по версии советских следователей, на время совершения данного преступления — после немецкой оккупации.
Бурденко в составе комиссии указывал на немецкие пули и способ расстрела.
Однако критики, включая комиссию Конгресса США 1951 г., считали работу данной советской группы экспертов фальсификацией.
Ответственность за совершение данного военного преступления с начала 1990-х годов, согласно заявлению ТАСС от 14 апреля 1990 года и опубликованным секретным документам взяла на себя советская сторона.
В настоящее время некоторые российские политики и публицисты являются сторонниками советской версии и настаивают на продолжении расследования. С другой стороны, некоторые правозащитники (общество «Мемориал») и Сейм Польши также считают это дело юридически незавершённым, при этом правозащитники требуют «предать гласности имена всех виновных (от принимавших решения до рядовых исполнителей)», а Сейм — признать факт геноцида поляков.
Так и осталось не ясным: фальсифицировал ли академик Бурденко и другие члены этой комиссии данные по расследованию Катынского дела или его использовали "мастера мистификаций " НКВД, или в период "горбостройки", в период охаивания всего прошлого СССР взял это преступление на себя.