Гениального голландского живописца неспроста часто называют «еврейским художником». Оснований для этого немало. Известно, что в "Новом Иерусалиме" (еврейский квартал Амстердама, где был дом Рембрандта) художником создано около 30 портретов евреев – пятая часть его портретного наследия. Типажами были жители процветающего амстердамского еврейского квартала Бреестраат. Там на
улице Йоденбрестрат Рембрандт прожил многие годы, невдалеке от сефардской синагоги и дома, где позже поселится Барух Спиноза.
Рембрандт всегда с большой симпатией относился к евреям; они представлялись ему народом избранным. Сюжетом для своих картин он преимущественно избирал библейские темы, и со свойственной ему добросовестностью великий художник даже и не думал, чтобы моделью для изображаемых лиц могли служить иные люди, кроме потомков тех, которым Бог Израиля явил свое откровение. На улицах еврейского квартала он часто встречал величавых старцев, достойных представителей древних патриархов.
Евреи для Рембрандта были прежде всего народом Библии поэтому не случайно многие библейские образы в его произведениях имеют выраженные еврейские этнические черты.
Амстердамские евреи платили Рембрандту полной взаимностью. В темных лавках старьевщиков он проводил целые часы и был всегда желанным гостем. Хозяин находил для него среди ворохов всевозможного хлама редкие вещи, богатое оружие, старинные украшения, изящные, роскошные наряды. Все это Рембрандт мог купить за полцены. Часто во время таких посещений знаменитый живописец набрасывал или гравировал выразительное лицо кого-нибудь из членов семьи купца, поразившее его красотой или оригинальностью. Иногда он зазывал своих знакомых из Юденштрассе в свою мастерскую, вскоре превратившуюся в кабинет редкостей. Здесь, одев своего посетителя в фантастический костюм, украсив его драгоценными камнями в искусной золотой оправе, он быстро рисовал его портрет. Польщенный натурщик довольствовался самой незначительной платой.
Первый издатель города — Менаше бен Исраэль, друг и сосед Рембрандта, иллюстрировал его издания.
Судя по всему, Рембрандт был знаком с ивритом. Надписи на иврите встречаются на некоторых его картинах. Примером такой картины является один из его шедевров "Пир Валтасара".
Вавилонский царь Валтасар описан в ветхозаветной книге пророка Даниила. На многолюдном пиру он велел принести золотую и серебряную посуду, которую его отец Навуходоносор (разрушитель иерусалимского храма) взял из святилища иерусалимского храма. Царь приказал наполнить сосуды вином для своих вельмож, жен и наложниц. Когда свершилось это кощунство, вдруг появилась
таинственная рука и начертала на стене странные слова: "Мене, мене, текел, упарсин". Даниил сказал царю, что они означают его гибель; предсказание сбылось в ту же ночь. На картине Рембрандта исследуется изумление и страх, усиленный еще и выплеснувшимся из священных сосудов вином, что тоже символично. Удивляет сделанная на иврите надпись, особое расположение букв которой заставляет вспомнить о соседе Рембрандта еврее Менаше бен Исраэль.
Особое место в творчестве Рембрандта занимают портреты пожилых евреев. Им создано 15 таких портретов, занимающих наиболее почетные места в крупнейших художественных собраниях мира. Лишенный заказов и будучи свободным, в выборе сюжетов, он обратился к образам, способным более полно выразить его чувства, настроения, переживания. И художник с новой силой потянулся к
евреям. Их униженное положение в обществе становится ему особенно понятным и близким. Именно в последние годы жизни художник создает свои наиболее значительные шедевры - портреты пожилых евреев, портреты-биографии. Все они отличаются огромной психологической насыщенностью. В них он вложил всего себя, свое миропонимание, свое настроение. Две таких картины находятся в
эрмитажном собрании: "Портрет старика-еврея" и "Портрет старика в красном" (ранее назывался "Портрет старого еврея в красном"). Последней картине посвящён марочный блок СССР 1983 года и пост с в этом дневнике.
Гордостью Московского ГМИИ им.Пушкина является другой шедевр Рембрандта "Артаксеркс,Аман и Эсфирь", которому посвящён марочный блок СССР 1976 года и пост с в этом дневнике.
Картина - рассказ об исторической легенде, в которой иудейка Эсфирь спасла свой народ от гибели. И это событие отмечается еврейским народом как праздник Пурим.
В Амстердамском Королевском музее в составе многих шедевров Рембрандта есть картина "Иеремия оплакивающий разрушенный Иерусалим". Пророк Иеремия за свои пророчества был посажен в темницу. При царе иудейском Седекии пророчество его сбылось: пришел Навуходоносор, избил народ, остаток увел в плен, а Иерусалим разграбил и разрушил. Навуходоносор освободил пророка из темницы и позволил ему жить, где пожелает. Пророк же остался на развалинах Иерусалима и оплакивал бедствия своего отечества.
"Откуда же Рембрандт взял этих Давидов, Саулов, Ревекк и Ленат? Откуда это проникновение в еврейскую психологию, неуловимый еврейский привкус, откуда у него это чутье самой сущности «иудаизма», его мироощущения и откуда это понимание основного духа Библии, превращающего силою народного гения простые очерки примитивного патриархального быта, чисто еврейского, в повествование общечеловеческое? Откуда так знакома ему эта нота мистического настроения и трагизма и эпическая красота библейского лирика? И невольно сам собою как бы напрашивается вопрос – не был ли Рембрандт евреем? Нет. Не был. Он родился,
жил и умер религиозным кальвинистом. И не только талантом или гениальным прозрением ощущал и угадывал незнакомый еврейский мир великий Рембрандт. Именно в близком соприкосновении и в соседском, дружеском сожительстве с миром голландских евреев Амстердамского еврейского квартала и находим мы разгадку того многого, что невольно нас тут интересует". /Художник профессор
Леонид Пастернак/.
[700x299]
[663x428]