Наиболее интересная статья из тех, что читал за последние дни:

http://danko2050.livejournal.com/31885.html#cutid1
После одесской Хатыни 2 мая и расстрела житомирскими десантниками невооруженных жителей возле Андреевки Украина сделала ещё один громадный шаг к окончанию своей бесславной истории. Разговоры о федерализации с этого момента стали бессмысленными. Можно уверенно утверждать, что для огромного количества людей на Юго-Востоке эти кровавые эскапады нацистов станут решающим аргументом против их пребывания в «Единой Украине». Но важно понимать, что конец государства «Украина» не только вероятен, но и является нравственным императивом – таким же, каким было уничтожение нацистской Германии почти семьдесят лет назад. После Одессы эта страна не имеет права на существование ни в каком виде. Украинское общество, поддержав «майдан», сделало неверный исторический выбор и должно встретиться с его последствиями так же, как и голосовавшие за Гитлера в 1933 году. «Простые люди», построившие Аушвиц, достойны своего Дрездена. Территория, бывшая когда-то Украиной, должна будет пройти болезненный путь полной реконструкции и денацификации.

События 2 мая сделали ввод российских войск неизбежным – механика эскалации конфликта запущена, мобилизация противостоящих сторон идет по нарастающей и процесс может быть остановлен только извне. Гражданская война подобна пожару в лесу, который закончится лишь тогда, когда выгорит все, что может гореть (т.е. когда одна из машин мобилизации исчерпает до дна людей, готовых убивать и умирать под её знаменами). Остановить её могла бы украинская армия если бы не была бледной тенью самой себя. Гипотетический армейский генерал мог бы сместить хунту, раздавить радикалов и, тем самым, спасти страну. Но на Украине нет армии – и поэтому эту роль отведено отыграть армии нашей.

Наши страны слишком тесно связаны, имеют слишком протяженную границу чтобы мы могли безучастно смотреть на второе издание Сирии рядом с нами (именно это является главным недостатком сценария с безполетной зоной и вооружением восставших – быстро зачистить всю территорию они не смогут, а значит разрушения и жертвы будут колоссальными). После 2 мая российское общественное мнение поддержит любые действия армии на территории бывшей Украины и её ввод теперь лишь вопрос времени и места.

Вопрос времени и места. История Первой мировой изобилует примерами того, насколько может быть губительна фронтальная атака пехоты без массированной поддержки артиллерии. Для Великой Отечественной артподготовка стала нормой.

Ввод войск на территорию бывшей Украины ставит множество проблем, главная из которых заключается в принципиальном решении вопроса о пределах – до какого рубежа вводить войска?

Если освобождать только Донбасс и Луганск можно избежать потенциального терроризма со стороны националистов, но это приведет к де-факто установлению новой границы и позволит хунте сосредоточиться на контроле Одесской, Харьковской, Запорожской и Днепропетровской областей – с интенсификацией террора населения «правосеками» и прочими прелестями. Так же не решается проблема Украины как плацдарма агрессии против России на последующих стадиях геополитического противостояния. Следует отметить, что некоторые аналитики хунты рассматривают данный сценарий как приемлемый и уже предлагают изолировать восставшие регионы для сохранения контроля над остальными.

Если водить войска для защиты всего Юго-Востока вплоть до Одессы, то это ставит проблему подавления потенциальной террористической активности националистов, значительной экономической помощи огромному региону на фоне в лучшем случае стагнирующей российской экономики и уже вполне серьезных экономических санкций со стороны Европы пусть даже и в ущерб себе (под нажимом США).
http://danko2050.livejournal.com/31161.html
Хотя цена такого сценария будет высокой и станет серьезным испытанием сограждан на солидарность это настоящая программа-минимум. Но и в этом случае необходимо время для перестройки финансовой системы и подготовки общественного мнения к неизбежным тяготам.

Наконец, есть вариант освобождения от нацизма всей бывшей Украины, что решает вопрос присоединения к ЕС и НАТО и использовании её территории в качестве плацдарма для последующей (косвенной или прямой) агрессии против России. Но цена будет высокой – в русофобскую пропаганду было вложено огромное количество средств, сил и времени и она дала буйные всходы в Центральной и Западной Украине. Если на Юго-Востоке есть большинство, на которое можно опереться в рамках реконструкции политических и административных структур, то в Центре и на Западе ситуация будет куда печальней. Простых решений нет, но есть прецеденты – Нюрнбергский трибунал и денацификация Германия после поражения. Этим путем мы уже ходили. Нам это по силам.

Оппоненты данного решения правы, когда говорят, что наши противники из-за океана активно подталкивают упирающуюся хунту к силовым провокациям именно для того, чтобы втянуть наши войска в болото партизанской войны. Стратеги США смахнули пыль со старых планов и уже вслух мечтают о новом Вьетнаме-Афганистане. Но давайте вспомним, что однажды мы уже освобождали Украину от бандеровского подполья. Мы сделали это тогда, сделаем это и сейчас. Война уже у нас на пороге и мы не можем отступить, иначе завтра воевать придется уже у себя дома. Нашим преимуществом в этой ситуации является то, что в отличие от 22 июня 1941 года сегодня у нас есть выбор времени и места для контрнаступления.

Тяжелые битвы Первой Мировой привели к пониманию, что пехота должна наступать только после того, как сделал свое дело бог войны – артиллерия. В Битве за Украину этой артиллерией является экономика – высокие цены на газ и ограничения доступа украинских товаров к российскому рынку усилят деструктивные тенденции, наблюдавшиеся с 2005 года. Тяжелые экономические последствия со временем приведут к эрозии политической поддержки хунты со стороны населения, а так же негативно скажутся на эффективности русофобской пропаганды киевских СМИ. За примерами ходить далеко не надо: вспомните как совсем недавно в нашей стране тотальная антисоветская либеральная пропаганда на фоне экономического провала 90-х привела к фактической реабилитации в массовом сознании фигуры Сталина и СССР в целом. В случае бывшей Украины у нас, увы, нет столько времени, но чем дольше экономическая несостоятельность хунты и нацистов будет сокращать число их сторонников, тем меньше придется в итоге проливать кровь (свою и чужую) нашим солдатам. Кроме того, на мобилизацию про-русского большинства работает не только неадекватная экономическая политика хунты, но и репрессии заезжих радикалов по отношению к местным жителям. Время работает на нас. Именно поэтому так спешат пролить кровь хунта и её западные хозяева.

«Однако, финальный "пинок" по "мячику" нанес именно МВФ. И вот это мне бы хотелось подчеркнуть отдельно. То, что МВФ не даст денег без решения вопроса восставшего Юго-Востока было очевидно. Ведь кто будет эти деньги потом возвращать? Даже если отвалятся только две области возврат денег будет существенно осложнен. Каждый майданщик знает, что Донецкая и Луганская область сверхубыточны и сугубо дотационные. Однако, МВФ почему-то другого мнения» .

Также следует учитывать внешнеполитический контекст – отсутствие единства среди западных сторонников киевской хунты: немцы рассчитывали получить в обмен на «европейские ценности» на халяву рынок сорокамиллионной страны, а получили необходимость так или иначе оплачивать её газовые счета, дотировать её кредитами и риск экономической войны с крупным торговым партнером и поставщиком энергии. Очевидно, что Европа в гораздо меньшей степени готова к активному противостоянию на Украине, чем её американский господин. Нам нужно дать немного времени, чтобы существующее различие в интересах превратилось в раскол – тенденции к этому уже наблюдаются. Следует дать шанс Европе удержаться от очередного самоубийства.

Другими словами, важнейшей ставкой в Битве за Украину являются отношения Европы и США. В речи о роли НАТО и ситуации на Украине госсекретарь США Джон Керри «обозначил три основные задачи для Северного альянса. Первая из них - добиться от союзников США по НАТО реального увеличения национальных военных бюджетов. Вторая – «незамедлительно принять меры к тому, чтобы европейские страны не зависели от России в плане получения большей части своих энергоресурсов». Третья - необходимость «серьёзно укрепить экономические связи» между трансатлантическими союзниками». Помимо понятного желания сбросить на плечи европейских вассалов экономические издержки противостояния с Россией (финансирование армии, переориентация энергопотоков) третий пункт за общими фразами скрывает желание американцев пользуясь случаем продавить «Transatlantic Trade and Investment Partnership» (TTIP). Данный договор о создании зоны свободной торговли между США и ЕС должен снизить до нуля все тарифы и, самое главное, должен убрать все нетарифные ограничения, которые сейчас в рамках ВТО являются главным способом защиты внутреннего рынка.

В настоящий момент промышленность США пользуется преимуществом дешевого природного газа (насколько ожидания «ста лет» дешевого природного газа оправданы отдельный вопрос, но факт, что они есть и влияют на принятие решений), которого нет ни у европейцев, ни у японцев.

Для сравнения – цены на электроэнергию для промпредприятий в 2012 году в США составили 6,67 центов за кВт*ч или где-то 0,052 евро за кВт*ч (источник). В Германии цена составила уже 0,0895 евро за кВт*ч, а в среднем по Европе – 0,0957 евро за кВт*ч (источник). Именно цены на природный газ позволяют американцам снижать средние цены на энергию для промышленности.

Открытие ёмких рынков Японии (См. «Trans-Pacific Partnership») и Европы поможет запланированной американцами «реиндустриализации», но станет тяжелым испытанием для их союзников. В некотором смысле Штаты пытаются вернуть долг с японцев и немцев – в свое время послевоенный подъем обеих стран строился на экспортной модели и, одновременно, защите внутреннего рынка. В силу геополитических обстоятельств (конкуренция с СССР) США были вынуждены согласиться на подобные отношения (это в итоге привело к тому, что, например, на внутреннем рынке японский автопром стал успешно вытеснять собственно американский). Сейчас СССР в прошлом, мировой экономический кризис протекает в латентной стадии, и Штаты решили вернуть долг – вскрыть внутренние рынки своих консервов «партнеров».

Японцы, правда, нашли в себе (пока) силы сопротивляться, несмотря на то, что фундаментально зависят в вопросах безопасности перед лицом китайской угрозы. Во время визита Обамы в Японию в конце апреля запланированный к подписанию договор заключен так и не был: «…двум странам не удалось достичь согласия ни по одному из спорных вопросов, включая доступ на рынок автомобилей и сельскохозяйственных продуктов».

Европейцы тоже некоторое время пытались дергаться под «партнером» - хорошим поводом для этого стали откровения Сноудена: прослушка NSA, мол, подрывает «доверие», являющееся основой трансатлантических отношений. Но сейчас кризис на территории бывшей Украины стал для американцев и части европейского истеблишмента рычагом для продавливания договора чтобы «изолировать Путина экономически». Таким образом, одной из ставок в Битве за Украину является будущее европейского континента – необходимо дать шанс Европе обрести подлинную субъектность, выйдя из тени своего американского хозяина. Хотя это и кажется маловероятным, но перед лицом серьезных вызовов европейские лидеры могут удивить.

Так или иначе.
(1) Ввод войск для освобождения территории бывшей Украины от нацизма представляется неизбежным.
(2) У нас есть роскошь выбора времени и места.
(3) Время работает на нас разрушая экономическую и социальную основу хунты, а так же размывая солидарность Европы и США.

В итоге, чем больше продержится героический Славянск, восставший Донбасс и Луганск (и тем более если смогут расширить географию восстания), чем позже войдут наши войска, тем выше вероятность того, что Битва за Украину будет за нами.

Но сначала артиллерия.

…Ну а пехота, пехота будет потом. (с)


П.С. Я, правда, не согласен, что ввод войск необходим и что нельзя допускать превращение Украины в Сирию.