Они стояли на перроне. Тотем и Юля, двое людей, испытавших на себе всю силу судьбы, но не знавших, что она всего лишь взяла перерыв, чтобы вернуться через годы. Тот задумался, что же будет дальше. Он все еще колебался. Юля уже практически ни в чем не сомневалась, но ее тревожило странное предчувствие некой неожиданности. Они любили друг друга. Бродяга смог увидеть это в себе и в ней только сейчас. Он хотел для нее лучшей участи и поэтому был готов на самопожертвование.
С Василием-Странником они больше не общались, так молча и сидели до конца поездки. Карену Тот пожелал больше ценить свой внутренний мир и подарил в напоминание об этом игрушку в виде спирали, по которой в разные стороны движутся цветные огоньки. Он сказал ему, что из красной точки, движущейся по кругу и потухающей спустя несколько оборотов, ему нужно вырасти до голубой, идущей всегда вверх и по разным путям, а дойдя до конца разливающей свой свет по всей спирали. Карен понял. Все-таки у него есть потенциал. Еще недавно он считал себя успешнее Тотема во всех возможных сферах жизни, но теперь он слушал его с неподдельным интересом.
Тот глубоко вздохнул. Вот и он, его родной город. Долго ли ему здесь быть? Может быть еще пять минут, а может и всю жизнь. Он посмотрел на Юлю. Она тоже подняла глаза:
-Ты будешь мне звонить? Обещай, что будешь. Без тебя я потеряю единственный стимул расти дальше, искать что-то новое. Обещай мне.
Тот несколько расслабился. Может быть, тут все действительно не настолько серьезно, как он думал. В таком случае у него есть время.
-Я буду тебе звонить. Говорю это тебе не в первый раз за поездку, но мне, пожалуй, пора. Пока, еще увидимся.
Он уже развернулся и сделал первый шаг, когда Юля вдруг окликнула его.
-Тот… Я все решила. Я не могу ждать. Давай не будем прощаться сейчас. Сейчас и до самой смерти. Я хочу быть с тобой.
Значит все-таки так. Был ли Тот счастлив? Да, но это счастье было стояло рядом с грустью. Он обнял Юлю, тихо сказал «Я люблю тебя» и поцеловал. Она чуть не плакала от неожиданности. Но вдруг Тотем отпустил ее и серьезно посмотрел в глаза. Он что-то ей сказал, но звук несущегося поезда заглушил слова. Тот повернулся к ней спиной и побежал. Возле самого поезда он слегка затормозил и, став фантомом, на полном ходу запрыгнул в последний вагон. Поезд уехал. Тотема нигде не было.
Юля все поняла. Она стояла посередине перрона со слезами на глазах. Как же давно она не плакала… Нет смысла в этом извечном позитиве. Она не хотела грустить и все еще не могла поверить в случившееся. Но вдруг ее просто что-то ударило: Тотем не вернется. Она это знала. И не хотела грустить. Грусть всегда казалась ей таким романтичным чувством, и лишь теперь она поняла, как же мучились люди, которые его испытывали.
Она не хотела грустить. Но и радоваться тоже не хотела. Она понимала, что так убиваться из-за мужчины – не дело, что, если она захочет, в ее жизни их будет еще много. Но она не хотела ничего менять. Ей нужен был только он. Если рассказать об этом своим подругам, они навешают ей лапши на уши, а сами с удовольствием обсудят новость в интернете. Психолог ее только обманет, подарив искусственную радость. Нет, ей никто не нужен. Все зависит лишь от нее самой. Все еще плача, она побрела по улице «куда угодно, но уж точно не домой». Начался дождь. Она шла по встречной полосе, совершенно не замечая ничего вокруг себя. Сквозь нее проезжали машины, проходили люди, каждый со своими заботами. Никто не мог ее видеть. И она уже знала, какой путь ей уготовлен. Тотем, ты больше не будешь воспринимать ее, как глупую девчушку, вообразившую себе большую любовь. Больше никогда…

Зачем люди начинают жизнь с чистого листа? Из-за понимания, что их прежнее Я в этом мире больше не жилец? Или из-за куда более прагматичных вещей, таких, как несчастная любовь? Все ли люди при этом теряют тот опыт, что был накоплен прежним жильцом их тела? И меняется ли жилец вообще? Вопросов много, но ответов они и не требуют. Ведь поиск людьми разгадки тайн вселенной никогда не доводил их ни до чего хорошего. Может быть, когда человек предпочитает тратить бесценное время на рассуждения, которые ничего ему не дадут, вместо того, чтобы потратить его на работу или развлечение, это патология? Каждый решит это сам для себя и выстроит свою судьбу самостоятельно. Или судьба решит за человека, какой выбор он сделает дальше. Все зависит от самого человека, но насколько независим сам человек?

Один философ говорил:
«Ничто не существует.
Придумал нас один старик.
Маразм был у дедули».

Другой кричал: «Есть только миг,
И этим мигом нужно жить».
Забыли вскоре все о них.
Мир показался небольшим.

И смотрят с неба оба старца.
И первый рад за свой секрет.
Открыт он только людям страстным,
Открыт он ищущим ответ.

Второй доволен, и не меньше.
Его ученье знают все.
Не первое тысячелетье
Он популярней, чем сосед.

И выделявшихся не любят.
И сами личности одни.
Видать маразм был у дедули,
Когда придумывал он мир.

Конец.
Ивантеевка,
Сентябрь- Декабрь 2009