Когда неделями молчанье телефона,
И нет нужды в квартире убирать,
Откуда мусор может взяться дома,
Когда в квартиру ходят только спать.

И для себя готовить неохота,
И всё внимание теперь лишь на двоих,
Не нужно наниматься на работу,
И не возьмут, ведь пенсии у них.

И по привычке стирки и уборки,
Хоть раз в неделю есть занятие себе,
Не нужно чисто вымывать духовку,
Скоблить щетину по утрам на бороде.

А старость всё идет неумолимо,
Вчерашняя дорога в пять минут,
Сегодня кажется такою длинной,
Ведь ноги уже резво не бегут.

Потом…кто раньше, кто-то позже,
Но остается лишь один там жить,
Становится мучительно и сложно,
Порою и за хлебом уж сходить.

Днём радио кричит не выключаясь,
Пытаясь научиться говорить,
И потихоньку, с одиночеством свыкаясь,
Старик или старуха будут жить.

И каждый миг склоняются сильнее,
Лишь в одну сторону судьбы весы…
В пустой квартире, позабытый всеми,
Старик ночами слушает часы.

Пилигрим

[700x642]