Верона - город, не такой богатый, как Милан, и не такой странный, как Венеция. Но на мой вкус, Верона - самый цельный итальянский город. Старина здесь цвета охры и терракоты, немного тусклая и в грязноватых разводах. Но сохраняется в памяти надежнее самых ярких картин. Этот город по-хорошему надо бы рассматривать небольшими порциями - по кварталу или одному храму в неделю.
Спасибо Вильяму нашему Шекспиру, за то, что прославил Верону среди туристов как город Ромео и Джульетты. Весь поток подростков в состоянии любовного томления двинулся туда, на виа Капелло, 2, к дому Джульетты.
В Вероне есть две удивительные средневековые статуи: изваяние Святого Дзено (Зенона) в посвященном ему соборе и статуя "Великого пса" Кангранде на вершине готической гробницы представителей веронской династии Скалигеров.
Оба делают нечто невероятное для Средних Веков - они улыбаются. Назло культурной и исторической традиции. Чтобы посмотреть на пса-рыцаря и веселого епископа и стоит ехать в Верону.
[показать]
Сан Дзено еще и рыбак: на епископском посохе у него всегда болтается рыбка - как на удочке.
Помимо рыбалки, главный святой Вероны успел отличиться и в других делах. Некоторые его чудеса изображены на двери собора. Дверь спрятана от любопытных глаз в темном притворе, и добраться до нее можно, только зная, что она есть. Состоит она из 49 бронзовых пластинок. Правая створка сделана на сто лет позже левой. Мастера неизвестны, их так анонимно и называют - Первый мастер и Второй мастер. Считается, что оба были приезжими, из каких-то заальпийских, скорее всего, германских мест.
Это правая створка работы Второго мастера. Он наплодил много фигурок в смешных остроконечных шапочках, но при некотором напряжении памяти и зрения (освещение в базилике довольно скудное) можно понять, что это сцены из Ветхого завета.
Это один из сюжетов, посвященных Сан Дзено: святой изгоняет дьявола из погонщика быков. История совершенно житейская - сидит себе святой, рыбачит, видит, несется, сметая все на пути, повозка. Сан Дзено мгновенно понял, что возница одержим и надо принять меры. Кыш, сказал св. Зенон дьяволу, изыди. Тот изошел, и повозка осталась цела, и возничий, и главное - груз:
Рельефы Первого мастера почему-то считаются менее искусными. Мне так они кажутся просто инопланетными. XI век, между прочим, - а мастер уже ломал голову над перспективой и пространством. Вот эти марсиане в невесомости:
[показать]
фреска "Святой Георгий и принцесса Трапезундская"
Мне показалось, что конь под Георгием тоже улыбается. Вообще это какой-то флегматичный серый в яблоках конь - лениво отмахивается от змея, заарканившего его заднюю ногу. Замахивается на змея копытом, как тапком на комара.
Кстати, если вдруг кого занесет в Верону: в другой замечательной городской церкви - Святой Анастази - этот же сюжет исполнен в жутковатом, мистическом ключе. Передний план закрывает круп белого коня, слева святой с завивкой, справа принцесса с покатым высоко обритым лбом, где-то в перспективе два висельника болтаются на фоне белого мраморного города.
[показать]
Охота короля Теодориха - король трубит в рог, а под копытами коня видна полустертая гончая.
Еще тут есть сцена дуэли, или скорее, рыцарского поединка. Сначала, как положено, верхом и на копьях: [показать]
А потом рыцари бьются пешие и на мечах. Как это часто бывает, все умерли. [показать]
Похоронив павших. Осмотрев все, доступное глазу, идем дальше, по набережной Адидже к Кастельвеккьо.
[показать]
Набережная вела прямо к мосту Скалигеров.
Москвичи могут почувствовать себя дома и спеть: "Утро красит нежным светом стены древнего Кремля". И действительно, глядите сами:
вот он - Кремль, вот "Спасская башня" с курантами, характерные "ласточкины хвосты", или как их здесь называют "зубцы гиббеллинов".
Ничего, в общем удивительного. Ходит по рукам полудостоверная история о том, что один ломбардский архитектор средней руки промышлял тем, что брался выпрямлять накренившиеся здания в Венеции. Почвы там зыбкие, дома кривятся (башня в Пизе - случай, в общем, вполне типичный в своей косоватости).
Одно из свежевыпрямленных зданий рухнуло буквально на следующее утро после того, как мастер отмечал окончание строительства. Спасаясь от ребят с паяльниками представителей разгневанного заказчика, мастер счел за благо принять предложение посла царя Московии Ивана Третьего, и сбежал далеко на север. Звали его Аристотель Фиораванти.
Московский Кремль, похоже строили по памяти, так как веронский "дедушка" старше его лет на сто. Получилось похоже
Но главное, главное, - сбылась мечта идиота москвича - прогуляться по кремлевской стене, поглядывая вниз и поплёвывая - но чтоб без снайперов и почетного караула.
Стена, зубцы. По форме зубцов воюющие друг с другом гвельфы и гибеллины отличали дружественные замки от недружественных. У гвельфов зубцы были прямоугольные, у гибеллинов - вот такие вот. Получается, что "сердце родины моей" топорщится гибеллинскими зубцами.
Старый Замок строили не как резиденцию, а как оборонительное сооружение. Поэтому он ничем таким особенным не украшен. Правда, обосноваться здесь представители правившей в Вероне династии делла Скала не успели - когда замок только был достроен, последний из них был вынужден бежать, покинув и крепость, и город.
В Кастельвеккьо интересно посмотреть памятник правителю города Франческо делла Скала - Кангранде I, чтобы еще раз увидеть его посмертную ухмылку.
Великий Пёс из рода Скалигеров прославился в основном тем, что секретарем у него служил Данте, упомянувший как-то патрона в предисловии к "Божественной комедии". Прозвище он получил за то, что носил шлем в виде собачьей головы.
Уйти из Кастельвекьо непросто, предупреждаю. Смотрители итальянских музеев (а в замке расположена еще и картинная галерея) очень настойчивы в приобщении посетителей к искусству. Синьора, вы куда? Вам не туда, к выходу, вам сюда - в этот зал. Там у нас Кватроченто, здесь Сеттеченто, а тут - романская скульптура. Идите-идите, припадите к прекрасному.
[показать]
Магистр Пелегринус. Саркофаг святых Сергиуса и Вакха.
По периметру рыночной площади - двадцать три здания, на каждое из которых хочется смотреть всегда. (с) Петр Вайль. Madonna di Verona в центре фонтана. Фонтан в центре площади:
Torre dei Lamberti: скрепя сердце, лезем наверх, чтобы взглянуть на площадь свысока. И уже предчувствовуя десять минут позора на последних ступеньках крутой лестницы, которые, конечно же, будем превозмогать ползком, на глазах у бодрых немецких старушек-туристок.
Но ура! - добрые веронцы провели наверх скоростной лифт.
Лоджии ренессансные, перед ними - барочный дворец, сбоку - средневековый дворец Скалигеров, под ногами - античные раскопки. Не площадь, а сгусток времени, пуп земли, метров сто площадью: [показать]
На лоджии - скульптуры знаменитых веронцев. Это, собственно, Катулл, который про трагическую любовь написал раньше и больше, чем Шекспир. В руках почему-то держит книгу, - хотя я совершенно не уверен, что античный Рим был знаком с книгопечатаньем: [показать]
Там, за аркой, и находится самое странное кладбище в мире - Арки Скалигеров, захоронения правителей Вероны. Три высокие готические гробницы стоят на узкой улице. Самая пышная - гробница Кансиньорио - сейчас закрыта на реставрацию. Собственно, Кансиньорио ничем особым не был знаменит, кроме того, что построил себе этот мавзолей еще при жизни. Два других памятника - Мастино II (на фото), и собственно, Великому Псу Кангранде.
Мастино называли "рыцарем без лица". При жизни, по апокрифу, он отличался скверным характером. Нервно относился к покушениям (даже мнимым) на свою власть. Убил как-то дядю-епископа на почве подозрительности. После чего и ходил с лицом, то ли закрытым вуалью, то ли заросшим бородой. Ушел в себя, что называется. Статуя самого Мастино и его коня на памятнике вся закована в латы, и лицо закрыто забралом. Потому и "без лица".
Дочка Мастино, Беатриче, была выдана замуж за миланского герцога, в честь этого события построили церковь, церковь со временем обветшала, и на ее месте построили театр. Ла Скала, как нетрудно догадаться. Так далеко протянулись щупальца рода веронского делла Скала.
[показать]
А это Кангранде, закинул за спину шлем в виде собачьей головы.
И если пристально вглядываться, то кажется, что и на смертном ложе он улыбается - той же странной улыбкой. как умер Кангранде, не вполне ясно. Есть малоисторическая версия, согласно которой он объелся в аркий день холодных яблок, отчего вдруг и скончался. Более правдоподобная состоит в том, что его все-таки отравили. Не это ли его забавляет?
Отсюда да виа Капелло метров двести.
Обычно путь к дому Джульетты указывает гирлянда плексигласовых сердец и скопление сомалийцев, торгующих фальшивым Луи Витоном.
Нет совершенно никаких оснований считать, что именно в этом красивом каменном доме XV века жила знатная веронская семья Копуллетти. Но на стене дома - есть опознавательный знак. Видимо, цепляясь за это слабое основание, особняк и был назначен "домом Джульетты":
[показать]
Балкон. Время от времени на него с застенчивым хихиканьем выскакивают девушки - почувствуй себя Джульеттой за 6 евро.
Романтическое окошко-решетка для девушек на выданье: [показать]
Во дворе нескончаемый аттракцион - группа млеющих подросков стоят в очереди, чтобы потискать правую грудь бронзовой Джульетты. Это, по их мнению, приносит удачу в любви. [показать]
Во дворе - лавка, торгующая майками, фосфоресцирующими и плюшевыми сердцами и майками с надписью "Рома+Юля=любовь форева" на всех языках.
Внутри - гулко. Главный экспонат - огромная кровать, вызывающая неподдельный интерес у молодых посетителей. Кровать снималась в главной сцене знаменитого фильма Дзефирелли с красавчиком Леонардом Уайтингом и юной Оливией Хасси в главных ролях. О чем свидетельствует табличка с автографом мастера.
Между балконом, через который в дом проник Ромео, и спальней девушки - огромное и гулкое пространство, - тяжелые двери, сундуки, слуги, и как, по мысли устроителей экспозиции, герои с этим неудобством справлялись, неясно.
В холле установлены компьютеры. Это раньше Джульете писали записки. Теперь - электронные письма. На экран уже выведены виньетка и начало: Cara Giulietta! Мол, а есть ли вечная любовь?" Ага, есть, но любовь Джульетты от первой встречи до гроба длилась ровно пять дней.