"Почему я не хочу быть солидарным с французскими художниками-карикатуристами и европейскими властями.

Весь цивилизованный мир потрясен, — сейчас это самое расхожее выражение по отношению к трагедии, разыгравшейся в Париже.

Мне одному кажется, что здесь явно отдает лицемерием? Да трагедия, да, ужасно, да, жалко убитых, как любых людей, членов их семей и раненых. Просто, по-человечески. Но потрясен?

Я, например, оказался гораздо больше потрясен произошедшим в Одессе 2-го мая прошлого года. Это было в десятки раз ужаснее – и то, что произошло, и то, как это встретили на Украине (в диапазоне от циничного «сами себя сожгли» до «радости от «поджаренных колорадов»).

Я потрясен, а весь цивилизованный мир, оказывается, нет. Он этой трагедии цинично в упор не видит.

... О европейском лицемерии.
На официальном уровне для иммигрантов, тех же мусульман, создается система преференций, когда они могут жить нахлебниками, а их благосостояние обеспечивается работой белого пока еще большинства. Официальные власти всячески потворствуют растущей наглости мигрантов.

Рождественская ель оскорбляет их чувства? Конечно, уберем ели!
Свинина в рационе школьного питания оскорбляет? О чем разговор, конечно, уберем свинину!
И в бассейне устроим специальные дни только для мусульман.
И, что еще изволите? Все сделаем во имя декларируемой толерантности.

И это на фоне того, что на обывательском уровне никто мигрантов полноценными гражданами не считает, ни полиция, ни сами обыватели. Если есть возможность, белые европейцы стараются селиться в тех районах, где нет диаспоры мусульман. Если позволяет кошелек, то их дети, начиная от детского сада и вплоть до высшей школы, посещают те заведения, где не соприкасаются с детьми мигрантов, значительная часть которых погрязла в криминале или занята в теневом секторе экономики.

С одной стороны – вседозволенность для мусульман культивируется официальной политикой.
С другой – отношение к ним как к людям второго сорта на бытовом уровне.
С третьей – европейское свободолюбие и свободомыслие выродилось.
Вместо отстаивания своих идеалов и святынь и борьбы за них – издевательское отношение к чужим ценностям интеллектуальной якобы прослойки общества, возомнившей себя цветом и мозгом нации. Вместо готовности самому идти на баррикады — зависть импотента, заставляющая его распускать грязные слухи о женщине, которая его не замечает.
Оскорбить чужие святыни, не имея ничего святого в себе — как это похоже на нашу «белоленточную» оппозицию и нынешних вождей российского протеста. Кстати, они же, не теряя ни минуты, вместе с некоторыми руководителями либеральных СМИ тут же выступили с призывом в знак солидарности с французскими журналистами разместить те же карикатуры и в российской прессе. Удивительное дело – они не были солидарны с убитыми на Донбассе российскими журналистами, на которых они же вылили потоки дерьма (самое пристойное, что прозвучало из их уст – конечно, жалко где-то, но погибшие не были журналистами, а работали на Кремль). Они не были солидарны с сожженными заживо в Одессе, с убитыми в Горловке, Славянске, Луганске, Донецке и десятках других городов женщинами и детьми. А здесь у них, начиная от Ходорковского в Швейцарии и заканчивая главредом «Эха Москвы» взыграло ретивое?

Ходорковский солидарен с французскими журналистами и призывает российских повторить оскорбления даже не мусульман, а ислама, религии для защиты свободы слова и убеждений? Бросьте. Скорее всего, и тут налицо не сочувствие и не проявления человечности, а циничный и лицемерный расчет. Под видом солидарности попытаться внести раскол в российское общество, образовать и расширить трещину между православными и мусульманами, постараться поднять сторонников ислама на протест, а умеренных мусульман подтолкнуть в объятия радикальных исламистов.

И поэтому, и по ряду других причин, вы уж извините, но не потрясен я. И не солидарен с французскими журналистами, рисовавшими карикатуры на пророка, в подражание Салману Рушди, который в 1988-м написал «Сатанинские стихи» и до сих пор ходит под смертным приговором. И с нынешними французскими властями, которые исповедуют лицемерие, и с германскими, и с британскими, и с американскими. И так далее. Лицемерие на лицемерии сидит и лицемерием погоняет. Да, сочувствую по-человечески, да, еще раз, жаль и убитых, и раненых, и их родственников. Но если вы решили стать Салманом Рушди в нашем несовершенном мире, то не превращайтесь после этого в Мадонну. Не настоящая которая, а певица — Луиза Чикконе. С Рушди еще можно быть солидарным, а вот с Pussy Riot – никогда."
Александр Гришин

http://m.kp.ru/daily/26328.2/3209992/
Там еще продолжение и комментарии есть.

С автором текста я согласна полностью.