Говорят, что браки заключаются на небесах. И на Руси в давние времена к этому высказыванию относились практически буквально.
В XVII веке в обиходе даже была поговорка «Женитьба есть - а разженитьбы нет». А действительно оформить развод в былые времена была очень сложно. Признавалось духовным судом всего несколько причин для расторжения брака, но причины эти
ещё нужно было доказать.
В допетровские времена на Руси жених и невеста из знатных семей друг друга видели в первый раз только за свадебным столом после венчания. До свадьбы увидеть, рассмотреть и оценить невесту могли только родственники жениха. Жених же до венчания мог увидеть только «роспись» - бумагу от родителей невесты, где сообщалось, сколько и какое приданное дают за невесту - вотчины, деньги, платья, дворовые люди. Если семьи жениха и невесты решали, что всё в порядке и свадьба будет, то уговаривались о сроках.
Если же после свадьбы муж обнаруживал, что новоявленная супруга ему противна, вариантов избавиться от нее у него было немного - отправить в монастырь. Если же жена не соглашалась, муж применял физическую силу и всячески истязал женщину, пока она не соглашалась на постриг. Если женщина имела поддержку своей семьи, она могла пожаловаться родственникам, а те - били челом высшим властям и Патриарху.
В случае, когда жалоба признавалась справедливой, мужа ссылали в монастырь на смирение на полгода, жена же оставалась дома. Если по возвращению муж брался за своё, супругов разводили. При этом имущество делилось пополам, а в повторный брак они могли вступить только через 7 лет. Упоминаются в летописях и случаи,
когда «жены мужей, и мужья жен отравляют».
Венчанные браки Русская православная церковь расторгала весьма неохотно, причём для этого должно было быть веское основание. Согласно церковному уставу Ярослава Мудрого (XI-XII вв.) четко определялось, что супруги не могут вступить в новый брак, не расторгнув новый. Уточнялось, что неизлечимая болезнь мужа или жены - не основание для развода.
Церковь выступала за сохранение любых браков, даже официально невенчанных. Но всё же причины развода «по вине жены» указывались - обворовывание мужа, покушение на убийство, посещение «игрищ» и чужих домов без мужа, прелюбодеяние.
В те времена мужчину считали изменником, если у него была женщина на стороне и дети от неё, а женщину называли прелюбодейкой - если она просто переночевала не дома.
С точки зрения церкви, муж, узнав о «чужеложстве» жены,
развестись с ней был обязан.
Разведённых женщин называли «пущенными» и в обществе к ним относились, как к неполноценным. О втором венчанном браке такие женщины и мечтать не могли, разве что на сожительство с кем-то.
Возможен был развод и по вине мужа. Например, в XII веке вполне могли развести «если муж не лазит на жену свою, их разлучить», т.е. не способен исполнять супружеские обязанности. Или же муж пьет и неспособен содержать семью и детей. Правда, никаких документов о разводах по инициативе женщин по какой-то вине мужа в допетровской Руси не сохранилось.
Когда речь шла о семьях крестьян или небогатых горожан, супруги нередко сбегали. А если закон предписывал беглых жён искать и возвращать супругам, то про сбежавших мужей ничего не говорилось. Таким образом, для простолюдинов выход из положения был. А вот знатным людям, жизнь которых должна была быть благочестивой по определению, развестись было куда сложнее. Так, в XIII-XIV веках в обиход вошла практика отправлять жён в монастырь и часто насильно.
По статистике разводов в Российский империи, в 1890 году было зафиксировано только 879 разводов, а по переписи населения 1897 года - на 1000 женатых мужчин приходился всего 1 разведённый! Поэтому сегодня считается, что семьи в дореволюционной России были крепкие, а институт брака - непоколебим. На самом же деле статистику можно трактовать и по-другому - развестись в России было практически невозможно.
Простому человеку было легче убежать от семьи, чем развестись. И даже русским царям приходилось использовать определённые уловки, чтобы развестись. Так, царь Иван Грозный в семейной жизни был крайне несчастлив: 3 его первые супруги скончались, причём третья - буквально через 2 недели после свадьбы. В 4-й раз жениться было недопустимо, и царю пришлось созвать церковный собой, чтобы испросить благословения на 4 свадьбу с Анной Колтовской.
Собор такое согласие дал, но при этом подчеркнул, что «да не дерзнет никто такое сотворить, четвёртым браком сочетаться», иначе «будет по священным правилам проклят». Но к супруге царь охладел меньше, чем через полгода, и Колтовская отправилась в монастырь. Царь же женился и в 5-й раз, но и Анну Васильчикову ждала та же участь.
И если царям приходилось так не легко,
что уж говорить о простых смертных.
C середины 19-го веке в русском обществе ведутся постоянные дискуссии о институте семьи. И попытки изменить существующий бракоразводный процесс предпринимаются неоднократно. В 1905 году даже попытались создать новое Гражданское уложение, которое бы упростило процедуру развода, но в жизнь это проект так и не внедрили. Как и законопроект о разводе 1908 года. Напряженная политическая ситуация в стране только обострила существующую проблему. Государство и церковь так и не решились допустить какие-то законодательные послабления, что предотвратило бы многие жизненные трагедии. Ситуация существовала в рамках русской народной мудрости: «Муж - не башмак, с ноги не сбросишь, жена - не гусли, поиграв, на стенку не повесишь».
Радикально вопрос разводов решили пришедшие к власти большевики. Теперь развод можно было оформлять без участия церкви по требованию одного из супругов и буквально
за несколько минут.
Источник
|
|