Я не могу спокойно откручивать крышку бутылки Pepsi,
которая со смайликом.
Она мне улыбается, а я ей сворачиваю шею.
Эта осень под тихими глазами похожа на слово очень,
на голос за двадцать пятым кадром.
Все хотят написать тебе что-нибудь в нёбо,
но слова давно устали уже, достали, остекленели и стекли, истекли чем-то бьющимся.
Только улыбаемся правой скобкой, больше ничего личного и лишнего.
И кто-то отрывает чувства, как пластырь. Зажило и ладно.
Ничего, что прохладно в запястье и телефон не ловит.
Разговор, в котором напрягаются связки и отношения.
по-прежнему сухие губы на фотографиях.
Стоны в разные стороны. Провода больше не провожают домой.
Сколько можно бояться?
Новая нежность, не знаю, какая по счету.
Торопила и пила, подбирала слова, чтобы рассказать ему
о выжженных пробках глаз и нуклеиновых кислотах.
Не могла решить, что важнее.
Трамваи бежали за ней, просили не то прощения, не то прощания.
Худая талия и закоченевшие звезды. Вот и вся романтика болевого шока.
Каждую истерику я посвящаю тебе, дорогой. Замученное небо покалечилось,
пока лечилось.
Осень под тихими глазами ни о чем не рассказывает.
Ты за чаем, а я не знаю, зачем я.

(c) Para mi http://muzofon.com/search/Para%20mi
[700x450]