http://www.novayagazeta.ru/society/49975.html

Это честные, справедливые, демократические выборы, - говорил с экрана Дмитрий Медведев. – А все разговоры о безудержном использовании административного ресурса… Но где этот ресурс-то? В тот момент я был близок к тому, чтобы испытать к вам жалость, Дмитрий Медведев. Но я не могу позволить себе такое чувство, потому что вы довели до слез самую близкую мою женщину. Не я, не наша ссора, не конец света и не мои шутки про ее маму, а всего лишь вы. И ваш цинизм. Для вас мы «тупо бараны е…нный в рот». А знаете, как с недавнего называют вас ласково мои коллеги? Айфон Бадминтонович. Вы чувствуете, как мало в этих словах исторического смысла? По-моему, в «Ботоксе Леопардовиче» его даже больше. С потускневшими глазами и мокрыми щеками Ковальская сидит перед ящиком. Беззащитная и обманутая чмошниками. И я как самый близкий ей мужчина – не могу ее от них защитить. Для полиции и суда: прошу считать это моим объяснением, почему 10 декабря я вышел на площадь и пошел до конца. Чмошникам (жулики и воры, мне кажется, звучит для них слишком элегантно) я не могу позволить обмануть мою будущую жену еще раз. И не позволю, чтоб они кидали моих детей. Для полиции и суда: считайте это моей семейной клятвой.