О Лужкове... "...То, что Юрий Михайлович вернулся в Россию, - это шаг мужественного человека. То, что он запретил Елене Батуриной возвращаться вместе с ним, - это тоже шаг предусмотрительного мужа и любящего, в общем, отца семейства. Я совершенно с ним в этой части солидарен. Меня всегда очень многое вообще в Юрии Михайловиче раздражало. Я абсолютно уверен, что та модель государственности, которая существует сегодня в России, была впервые опробована на Москве. Это ресурсное государство, которое ничего толком не производит, а живет за счет своего ресурса либо сырьевого, как сейчас Россия, либо столичности. Это такой ресурс столичности как это было при лужковской Москве – пирамида, вертикаль власти, пресса прикормленная, партии имитированные, выборов никаких. Это все мы уже в Москве, так сказать, кушали большой ложкой. Поэтому у меня резко негативное отношение к этой личности и к ее практике. Но когда дурной человек совершает мужественный поступок, тем важнее об этом заявить вслух, да? Ну, там есть же разные люди. Некоторые люди животных. Ну, у каждого есть своя, по-достоевски говоря, луковка, за которую их, может быть, втащат в царство небесное. Если бы Юрий Михайлович остался вне России в это время и оттуда критиковал бы власть, это было бы не очень хорошо. Кстати, воспринимаю ли я Лужкова как оппозиционера? Он – очень своеобразный оппозиционер. Он все время... Чует, конечно, кошка, где лежит очередное мясо. Он все время кивает в сторону Владимира Владимировича и говорит, как хорошо Владимир Владимирович и как тоталитарен, как нетерпим к чужому мнению Дмитрий Анатольевич. На мой взгляд, это не очень хорошая тактика, потому что Юрий Михайлович прекрасно понимает, кто сейчас сила и кто будущая сила, и старается к ней подольститься заранее. Тем приятнее будет, если Владимир Владимирович проявит принципиальность и не купится на эту грубую лесть, и деятельность Юрия Михайловича будет расследована объективно. Потому что мне кажется, что расследование этой деятельности – это очень важный, очень своевременный шаг, это дает нам понять, что и деятельность нынешних критиков Юрия Михайловича тоже будет когда-нибудь своевременно расследована, и они тоже будут рассказывать, как они хотели добра."