http://www.novayagazeta.ru/columns/49210.html

Муратов, друг! Родились на Руси мы. Ты знаешь, что среди родных осин хорошие всегда невыносимы, и хорошо, что ты невыносим. Нас мучают, как Тенардье Козетту, испортив, хоть отчасти закаля. Я столько раз ругал твою газету — клянусь, не по заданию Кремля! Ей постоянно что-то угрожает, и даже иногда из-за меня; она меня порою раздражает, как может лишь ближайшая родня, — но раз уж ходишь по такой стезе ты, привыкни крайним быть, как Насреддин. В России, в общем, нет другой газеты, а ты у нас вообще такой один. Нам ведом вкус пинков и зуботычин, и сами мы не ангелы отнюдь. Твой опыт тем одним уже отличен, что в пятьдесят, оглядывая путь, чего уж там, некраткий и негладкий, — в отличие от прочих молодцов, ты видишь там не пьянки и не блядки, точней, не только их в конце концов; не рэкет, не страдания по рентам, не дружбу с президентом и баблом, не кокаин, не свару с конкурентом и это все венчающий облом, не все, что так ужасно надоело покинувшим Россию, нашу мать... Ты видишь там единственное дело, которое никак нельзя отнять. Поверь, товарищ, это очень много, особенно в эпоху поросят, и более достойного итога я не могу представить в пятьдесят. Увы, моя обычная стервозность врывается, концовку подложив: конечно, возраст, да. Конечно, возраст. Мне сорок три, и то я еле жив. Но это же не повод, блин, топиться! Пускай другие тонут и висят. Как Нильса Бора поздравлял Капица — «Все дураки, кому не пятьдесят». _____