http://www.ng.ru/columnist/2011-09-20/100_afterprokhorov.html

В конфликте вокруг «Правого дела» нет победителей. И Михаил Прохоров, и партия, и власть проиграли. Почему проиграли Прохоров и партия, в общем, ясно. Почему власть – среди проигравших? Новый правый проект не был проектом внесистемным. Он получил одобрение власти. Значит, он был нужен. Если проект провалился, то потребность в нем или чем-то подобном осталась неудовлетворенной. Это и есть поражение. Правящая элита, с одной стороны, хочет по-прежнему руководить страной. С другой стороны, она не может не понимать природу своей власти. В ее основе лежит монополия одного – довольно значительного, но все равно одного – электорального сегмента, а именно левого избирателя. Левому электорату противостоит даже не правый, а теневой электорат, о котором я писал две недели назад, когда проект Прохорова казался живее всех живых. О теневом электорате нельзя с уверенностью сказать, что он правый. Можно утверждать, что он правый отчасти. Насколько значительна эта часть, сложно судить, потому что теневой электорат не структурирован. Надежного метода его пробуждения, вывода из тени нет. Отсюда разнообразие и взаимная противоречивость инструментария – от изменения трудового кодекса до Евгения Ройзмана и Аллы Пугачевой. Благословляя проект Прохорова, власть должна была понимать, что без самостоятельности и риска в тени делать нечего, а за голосами в тень обязательно пришлось бы идти.