..... Зоологический оттенок Ваших эпитетов в наш адрес обрел завидную уверенность и регулярность. «Оскотинившиеся наглецы, лишенные остатков порядочности, сукины дети, клопы, недояные коровы» и, как результат, - «неуправляемое стадо». Которое «должно резать или стричь»! С недвусмысленным азартом Вы процитировали А.С. Пушкина. А еще лучше по Вашему собственному признанию «дать отдельным типам в морду, врезать от души». Как это ни печально для нас самих, Вы перешли все границы дозволенного в цивилизованном свободном обществе. И если властные чиновники они же «чурки-табуретки» не заметили Ваших выпадов, то мы сносить перечисленные оскорбления не намерены.

Ваш сын, получивший благодаря Вам прекрасное западное образование и возможность жить в любой стране мира, всегда может с полным правом и с гордостью сказать: «Мой отец – великий режиссер, составивший славу русской советской культуры, основатель всемирно прославленного театра». Почему же нашим детям и внукам Вы не уготовили ничего, кроме позорной участи стыдливо отводить глаза, когда им кто-нибудь бросит в лицо: «Вы из семьи тех негодяев, которые развалили прекрасный театр? Тех, кого можно оскорбить, опорочить, смешать с грязью, а они малодушно этого не заметят? Тех, кого можно выкинуть на улицу, как использованную тряпку? Тех, кому можно при всех плюнуть в лицо, а они утрутся и пойдут дальше «кривляться» и заниматься «профессией падших», как Вы изволили обобщить суть актерского ремесла»?..

Да нет, уважаемый Юрий Петрович, мы поборемся за наше достоинство, не позволим себя унижать ни по-человечески, ни профессионально, и нам не будет стыдно смотреть в глаза родным, друзьям и тем же зрителям! Вы не оставили нам выбора.

Работать с Вами, как с режиссером, было для артистов большой жизненной удачей. Мы, кто как умел, помогали Вам писать летопись Таганки. Но Вашими оскорблениями, далекими от творчества, Вашими ультиматумами, Вашим брезгливым отчуждением от нас Вы сожгли все мосты. Разве так должна была закончиться история любимовского театра? К великому сожалению с необъяснимой настойчивостью, с маниакальным упорством Вы добивались того, чтобы между нами пролегла непреодолимая пропасть. Для чего?

Выдвигая условие, при котором Вы согласны остаться в театре, Вы были категоричны: «Освободить от этой труппы помещение театра»! То ли мы, по-Вашему, действительно не отличаемся от мебели и скульптур, недавно вынесенных из театра, то ли Вы ненароком дезавуировали истинные цели раздутого Вами публичного скандала…

Театр, которому 48 лет, который любят зрители, в котором успешно идет уникальный репертуар, надо, как Вы говорите, закрыть и реорганизовать. Труппу, состоящую из Ваших учеников, - старшим уже за семьдесят, - и воплощающую на сцене таганскую эстетику, надо соответственно вышвырнуть на улицу. Ну а Вам, дай Вам Бог здоровья, накануне девяносто пятилетнего юбилея пора начать все сначала. Что-то тут не сходится. Не скрыты ли здесь какие-то иные, неведомые нам мотивы?..

Но Вы ошиблись, уважаемый Юрий Петрович, если подумали, что мы как стадо баранов, жертвенно склонив головы, потащимся на заклание и потянем за собой свои семьи. Это был бы очень плохой и некрасивый конец.

А первый и главный урок, который мы восприняли от Вас, а Вы от одного из Ваших театральных крестных отцов Б. Брехта, сводится к следующему:

«Плохой конец заранее отброшен,

Он должен, должен, должен быть хорошим»!



119 подписей

14.07.2011