Зарево раннее,
День про запас.
Небо бескрайнее.
Яблочный спас.
Куполом радуга,
Птица - крестом.
Августу рады, да
Осень потом...
Глупые, бедные,
Выпросим мы
Денежки медные
Скряги-зимы:
Листья напрасные,
Всполохи глаз,
Яблочки красные,
Яблочный Спас!!!
19 августа — второй Спас, праздник
Преображения Господня. Однажды, гласит
Евангелие, Ииисус взошел на гору с
троими учениками — Петром, Иоанном и
Иаковом. Гора эта находилась в Галилее.
На вершине ее Иисус начал молиться, и
во время молитвы лицо его внезапно
преобразилось, сделавшись, как солнце,
одежды же его стали белыми, как свет.
В ту же минуту явилось светлое облако,
из него вышли два великих пророка
древности — Моисей и Илия, и раздался
голос: 'Сей есть Сын Мой возлюбленный;
Его слушайте'. То был голос Бога Отца.
Таков евангельский рассказ. В строгом
соответствии с ним Преображение
Господне называлось в народе Спасом
на горе. Но еще чаще именовали его
Спасом яблочным, потому что к этому
времени поспевают яблоки.
'На второй Спас и нищий яблочко съест'
— в Преображение обязательно соблюдался
обычай оделять неимущих яблоками. А до
этого срока и зажиточные крестьяне
яблок не ели. Существовало поверье, что
на том свете детям, родители которых до
второго Спаса не едят яблок, Божья Матерь
раздает спелые фрукты, а тем, родители
которых не удержались, попробовали раньше,
не дает. Поэтому съесть яблочко до 19
августа считалось великим грехом.
'Яблочным' был в свое время второй Спас
и в церкви. Например, сохранилось описание
праздничной Преображенской службы в древнем
Новгороде. Службу совершал сам митрополит
в Софийском соборе. После литургии
освящалось несколько блюд с яблоками,
причем на одном плоды разрезали на части.
Потом святитель вкушал яблоко сам и раздавал
по яблоку 'большим людям': государевому
боярину, воеводе, дьякам и священникам, а
разрезанными яблоками одаривал прочий народ.
Традиция лакомиться на Преображение Господне
освященными яблоками существовала повсеместно.
Молодежь при этом загадывала желания — в ту
минуту, когда проглатывается первый кусочек,
'спасовал' мечта должна была непременно
исполниться.
В некоторых местах, например в Архангельской
губернии и на Бологодчине, во время второго
Спаса справляли вдобавок 'Горохов день':
одевшись в праздничное платье, шли на
гороховое поле, собирали урожай, не различая
своей полосы и чужой. 'Это был истинный
праздник и настоящее наслаждение для детворы,
— вспоминают старики, — которая целый день
ныряла в гороховой зелени и наедалась до
того, что под конец уже на животе переползала
с полосы на полосу'.
Вечером на Спас-Преображенье в старые годы
молодежь шла за околицу, в поле. Здесь на
каком-нибудь пригорке молодые люди
останавливались и следили за закатом. Как
только солнце начинало опускаться за горизонт,
раздавалась общая песня:
Солнышко, солнышко, подожди!
Приехали господа-бояре
из Великого Новогорода
да на Спасов день гулять - пировать.
Вы сходитеська, люди добрые,
на велик-званый пир!
Мы тебе, крещеный мир,
бьем челом да кланяемся!
Солнышко, солнышко, подожди!
Красное, ясное, подожди!
Хотя и пелось в песне о 'великом пире',
главное в ней было заклинание солнца,
идущего не только на закат, но и на
зимний покой. А ведь в дни уборки хлебов
в нем ощущалась такая настоящая нужда!
Вот и беспокоился народ: 'После второго
Спаса дождь - хлебогной!'; 'Со Спас-
Преображенья погода преображается';
'Пришел второй Спас - бери рукавицы про запас'.
|
|
|
|
[600x417]
