А в то время, когда я становился городом,
Ты во мне проложила трамвайные рельсы,
Чтоб катились трамваи звенящие с грохотом,
Через сердце стуча - по сценарию пьесы.
А в то время, когда ты была этим воздухом -
Я ни разу не дал сесть на землю птицам,
Я горел фейерверком, светился неоном,
Был и Питером, и Амстердамом, и Ниццей.
Ты была в каждом доме моём, в каждой улице.
Мы играли то в мафию, то во французскую драму.
Я на крышах сидел и, уютно ссутулившись,
Повторял каждый шаг твой шагами трамваев.