Когда читаю такие комментарии:

1. Они могли расстрелять кого угодно, суть в том, что они уже НИЧЕГО не могли сделать. Отчаянная попытка реанимировать смердящий труп СССР.
2. Если они были правы, то почему руки тряслись!
3. Провал ГКЧП показатель плохого знания ими Ленинского учения о восстании.
4. Кучка безумных алкашей, облечённых властью, попыталось вернуть себе власть... да обделались мальца.

Что творится в мозгах людей?
Вижу, что и по прошествии многих лет люди не поняли и не осознали происшедшего – того чему они сами были свидетелями, и казалось благодаря этому могли бы иметь правильное суждение.
И весь жизненный опыт им не поможет, ведь не зря же народная мудрость говорит, что "горбатого могила исправит".
Родившись дураком дураком и умрёт, а мудрый - он и в младенчестве уже умён.

От себя ещё скажу, что тех, кто в то время был против распада СССР, не слышали, и не слушали – это я на собственном опыте знаю. Как знаю и то, что пустыми прилавки магазинов тоже оказались не случайно – подвоз продовольствия искусно притормозили, чтобы не думающее большинство легче расставалось с социализмом, слушая сказочки про мудрость рыночной экономики.
Так в русской истории уже делали не в первый раз, и даже не дважды, но никто не учится, ни на своих ошибках, ни на ошибках дедов, и более далёких пра-пра-прадедов.

[700x466]

Глупость заразительна – ума напрягать не надо… , так сказать, закон энтропии в действии.

И хотя, сие было установлено еще в XIX веке в виде знаменитого второго начала термодинамики, пользы глупому большинству это открытие не принесло. К сожалению, это большинство обрушивает не только свою судьбу, но всей страны.

[700x376]

Для развала СССР Горби «подчистил» кадры в партии и везде назначил новых людей, способных это осуществить, но при этом сам для видимости стоял в стороне…, чтобы не замараться.
Он вовсе не такой дурак, как думают многие. Сталинское: «кадры решают всё» Горбачёв понял хорошо и сумел на практике применить.
Это мало кому дано.

Однако, сегодня меня удивил Проханов.
Прочёл его статью, в которой он рассказал о сути ГКЧП.
Признаюсь, я не люблю его слушать из-за романтического бреда, присутствующего в его речах.
Я это обогащение речи тяжело переживаю, словно меня насилуют.
Не спорю, что говорить надо образно, но, настаиваю: кратко, если желаешь быть понятым.
Люди не могут усвоить слишком большой объём информации, да ещё выуживать суть, отбрасывая разные цветастости и украшения из речи выступающего.
Но должен признать, что Проханов – человек сильно чувствующий суть событий, и следовательно их понимающий.
Постарался передать смысл воспоминаний кратко, убирая «украшения». Но оставил его прямую речь, не заменяя своим пересказом - это было бы не справедливо, всё-таки он автор статьи.



«Я вспоминаю тот период, когда в Советском Союзе сложилась ситуация двоевластия».

«На Горбачева замыкались все силовые ведомства, экономика, внешняя политика, а к Ельцину постепенно перетекали информационные потенциалы»…

«В тот период ко мне в редакцию приезжало множество иностранных политических экспертов. Среди таковых были и разведчики. Один раз ко мне в редакцию пришел человек из "Рэнд Корпорейшен" — рыжий немолодой американец, очень любезный, со вставными голубоватыми зубами. Он увидел у меня на столе чертеж. На нем был один кружок, в нем фамилия Горбачев, рядом кружок, в нем фамилия Ельцин. На Горбачева выходят стрелки и линии, связывающие Горбачева со всеми институтами государственной власти. Между Ельциным и Горбачевым конфронтационные вилки. Он спрашивает: "Что это у вас?" Я поделился своими мыслями. Каким образом все эти полномочия, выходящие на Горбачева, могут быть переданы Ельцину. Мне кажется, это могло бы произойти, если бы на какое-то время Горбачев был бы устранен, превратился бы в фантом. Тогда эти все нити, связи повисли бы, а после — как пиявки, прилепились бы к Ельцину. Американец выдрал у меня из рук, как добычу, этот кусок бумаги и умчался. Тогда я понял, что близок к разрешению какой-то огромной назревающей конспирологической загадки».

«Масса людей, ненавидящих перестройку и Горбачева, стали появляться передо мной. Они выглядели помолодевшими, румяными. Некоторые пришли ко мне в редакцию в орденах, как на праздник. Предлагали через меня свои услуги новой власти. Я только потом понял, что случившийся фальстарт всех их выявил. Этих людей потом прихлопнули, объявили путчистами, выкинули из государственных структур».

«На второй день ГКЧП, под вечер, три москвича при попытке остановить движения боевых машин пехоты, попали под гусеницы, их перемололо. Это послужило сигналом — армия выкатилась из Москвы».

«Узнав, что войска ушли, я испытал ощущение гигантской ямы, пустоты, в которой испепелялась целая эпоха. В этой яме испепелялись революция, война, великие стройки, великая культура, все мои упования и иллюзии. Взамен этой пустоты вдруг в Москву ворвались демоны».

«Я, как редактор газеты, поддержавшей ГКЧП, понимал, что эти демоны, которые расклевывают красную державу, расклевывают и меня. Я физически чувствовал воздействие на себе этих сил. Наверное, это был социальный страх или что-то вроде того. Русский XX век — это век непрерывных убийств, потерь. В каждом человеке жила эта молекула страха, молекула смерти. После приступа этого чувства можно было идти сдаваться, как и делали многие. Газета "Правда" после того, как прилетели нетопыри и стали сеять семена страха, она же скинула со своей первой страницы ордена. Они не хотели подставляться, подвергаться удару. Огромное количество людей убежало из моей газеты, боясь репрессий. У меня встал выбор — что делать?»

«Я считаю, что один из важных периодов в моей жизни — созревание чувства отпора. Я не хотел сдаваться мерзавцам».

«Александр Яковлев вопил по радио, что газета "День" — это лаборатория путча, что Проханов принадлежит к политической шпане, даже на улицах, говорят, кто-то вопил: "Проханова на фонарь". Я понял, что если сейчас сдамся, я перестаю быть личностью. Когда ко мне пришел корреспондент из "Комсомольской правды", чтобы увидеть мое поражение, услышать от меня слова оправдания, я крикнул ему тогда: "Будь проклята ваша свобода!" Под этим заголовком в "Комсомольской правде" вышло интервью со мной. Еще пришел ко мне телевизионный журналист и спросил: "Как вы относитесь к этим погибшим мальчикам?" Я сказал, что если целостность державы, благосостояние миллионов людей, угроза пролития океана крови требует умерщвления этих трех, я за это умерщвление. Это было чудовищно с точки зрения тогдашних тенденций. Я преодолел в себе этот страх и до сих пор думаю, что остался личностью только потому, что это мне удалось».

«БЫЛ ОДИН МОМЕНТ, который я называю началом патриотической оппозиции. Он не зафиксирован в летописи наших лет. Это так называемая осада Союза писателей России. В ту пору Союз возглавлял Юрий Васильевич Бондарев. На этот союз кинулась эта орда либеральных писателей, возглавляемых Евтушенко. Они хотели наш патриотический Союз, который духовно поддержал ГКЧП, захватить и приватизировать. Нас хотели сломать, над нами решили надругаться. Я не забуду, как русские писатели и представители Славянского конгресса забаррикадировались в этом доме и три дня держали осаду. К нам пытался проникнуть префект Музыкантский, к нам приходили зловещие эмиссары новой власти. Мы — писатели, священники и поэты — засели в этом доме с колоннами. Это была наша Брестская крепость. Пусть это звучит слишком громко, но когда по улицам двигались многотысячные колонны демократов, когда клеймили все советское, сносили памятники и выискивали жертв, — мы сопротивлялись, поддерживали друг в друге волю к борьбе. Мы выстояли, а они отступили. Вот этот шаг положил начало духовной оппозиции».

«Оппозиция родилась не в партии, которая сдалась, не в армии, которая трусливо бежала, и не на Лубянке, которая оцепенела. Все были поражены животным страхом. Писатели выдержали удар. Писатели все-таки в большей степени связаны с небесами, они в глубине души бессмертны и бесстрашны».


«Исследуя ГКЧП, который бездарно провалился, я понял, что же это было»…

«Перестройка — это была пора, когда внутри СССР стремительно намывались пласты западной агентуры. Агенты влияния засели в СМИ, в армии и в партии. Самым мощным выразителем этой тенденции был Горбачев. Именно он формировал ГКЧП. Это его рук дело. Он сам создал этот заговор».

«Изначально члены ГКЧП не были самостоятельны, они был частью воздействия оргоружия (информационной войны).
Они были функцией, а не аргументом. Они были марионетками. Они доверились человеку, который их предал. Как только они почувствовали, что их предали, воля покинула их».

«Как мне рассказал один из членов ГКЧП, Горбачев сам рассматривал списки ГКЧП и вносил в эти списки людей, которых раньше там не было. Он внес туда Стародубцева, например. Он замышлял свое исчезновение на несколько дней с тем, чтобы госструктуры повисли в воздухе. А пока его нет, эти госструктуры должны были перейти к Ельцину. Он не боролся за власть, он сознательно сдавал СССР. Он действовал по сценарию и по замыслу неведомых центров.
Когда Горбачев вернулся из Фороса, он не был лишен полномочий. У него под рукой были войска, разведка, армия, он мог потребовать от них повиновения. Он ничего этого не сделал, он отдал страну Ельцину добровольно.
Это была запланированная сдача государства.
ГКЧП — это еще не разгаданный заговор, уходящий своими корнями в эпоху, предшествующую перестройке.
Заговор, реализованный в феномене ГКЧП, далек от завершения. Мы по-прежнему находимся в действии его мощного и сокрушительного поля».



Вместо заключения задам риторический вопрос: А что же сейчас вытворяется на Украине?
Да это же самое, что в России чуть ранее пережили.
И как у нас на Украине тоже мало кто догадывается о сути происходящего. А тех, кто понимает суть - затопчут, если они скажут хоть словечко против, или убьют, если будут слишком настойчивы. Примеры уже есть: Олесь Бузина...
И даже жалко всех, но обидно то, что из-за не понимающего большинства сплочённая кучка негодяев творит мерзость..., и нет ничего противопоставить этому сейчас, а потом будет поздно.