Это цитата сообщения moleskine Оригинальное сообщение

Смеркалось...

Вечер… Как-то не парадно
и не очень хэппибёздно.
Спать заваливаться – рано,
продолжать банкетить – поздно.
 
В зеркале окна морозном
обло чудище и странно.
Украшать сей образ – поздно,
а махнуть рукою – рано.

Упоительна отрава
отведённой жизнью дозы.
Пить шампанское мне – рано,*
а боржоми – явно поздно.

Жизнь, считая скрупулёзно,
ставит синяки исправно.
Кулаком махаться – поздно,
но сдаваться – вроде рано.

Ждут неведомые страны,
женщина, стихи и проза.
Останавливаться – рано,
изменяться – слишком поздно.

Снова «переходный возраст»,
крепко пойман я капканом:
строить планы, верно, поздно,
подводить итоги – рано.

Но не всё так безотрадно
и не всё в судьбе так постно.
Каяться – покуда рано,
а грешить – ещё не поздно!

[показать]

 

* По свидетельству жены Ольги Книппер, в начале ночи Чехов проснулся и попросил послать за доктором. После он велел дать шампанского. «Антон Павлович сел и как-то значительно, громко сказал доктору по-немецки: «Ich sterbe». Потом повторил для студента или для меня по-русски: «Я умираю». Потом взял бокал, повернул ко мне лицо, улыбнулся своей удивительной улыбкой, сказал: «Давно я не пил шампанского…», покойно выпил всё до дна, тихо лег на левый бок и вскоре умолкнул навсегда». 100 фактов о Чехове. Факт № 97.