~ Позволить себе прикоснуться к красивому...~
03-06-2014 11:12
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
Это цитата сообщения My_breathing Оригинальное сообщение
Капли песка вокруг крабовых лунок,
Я касалась твоего пространства –
Увидеть все, чем засветло живу,
Как будто потерявшийся щенок,
И влажный взгляд, и марево любви,
Заметать следы торопится город,
А тебя здесь вспоминают не часто,
Навестить тебя – мне повода нету,
И нам расставаться не хочется,
Вбиваешь мой номер в сотовый,
Из этих сумерек радужных
Падает горсткой сгоревшая плоть,
Лишь до звезды догорает закат,
Всяк кому жить суждено на миру,
Бабочки нет, и цветка, и листа…
Воду разносить цветам и травам,
И блаженной дурой деревенской
Обо всех погоревать на память,
Капало, падало и ворковало
И как попало по переулкам
Я хочу побыть одна
С самым малым разуменьем
Что безгласна точно камень,
Все-таки пройду дорогу,
Вот наконец тот самый дождь прошел,
А прежде я, наперекор судьбе,
И телефона номер как оса
Идти ко дну, не узнавать весну
Только шелест и щебет, не порознь, а вместе,
Где дворы заслонили тяжелые кроны,
В обе стороны света. Навстречу востоку
И пронзенный насквозь птичий разум оглохнет,
Но дыханьем одним подгоняет нас воздух,
Хмурится небо над Истрою,
В малом ведь легче чуть бережней
Перебираю по памяти
Можно успеть не обманывать,
Выпьешь чего-то там, крадучись,
В одну сторону мы смотрим. Время дышит
Скакуна пришпорь нетерпеливо,
Видишь, коршун над дорогой вьется,
А когда поймешь ты боль и силу, -
Я её попыталась кормить из руки,
Если снизу смотреть, как рыжеет лес
К этой маленькой точке в начале ствола,
Чой Хун Мицуда
Гонконг, Китай
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Это цитата сообщения My_breathing Оригинальное сообщение
Здравствуйте, мои возлюбленные!
Ничего не могу с собой поделать...Люблю все красивое...
Захотелось к нему прикоснуться... Чего и вам желаю...:-)
Капли песка вокруг крабовых лунок,
Море ловит ступни, и прохладой скользящей
Шаг за шагом к глазам подступающий сумрак,
Где ожоги медуз все внезапней и чаще…
И от лунного цвета песка оторваться,
Оставляя следы, будто птичьи, и перья,
И сомкнуть плавники, чтобы стали сбываться.
Это древнекитайское море и берег…
Но не птица, не зверь – возвращаются волны,
Уплотняется воздух дыханием частым.
Обретая черты, только сходство не полно,
Потому что к себе нелегко возвращаться.
Белым шелком луны, повязав изголовье,
Я спешу все стихи прошептать до рассвета…
Жизнь не делает пауз, спасаясь любовью,
В этом мире, всегда переполненном светом.
Елена Иванова - Верховская
Чой Хун Мицуда
Я касалась твоего пространства –
Оно затянулось, будто ранка на руке…
Нужно много любви, чтобы в нем остаться,
Но любовь не происходит никак и ни с кем.
Стало столько света, что можно задохнуться,
Напряжение веток – его я трогаю рукой.
И мартовские ветры все тянутся и рвутся,
Но я так хочу в твое тепло и покой.
Времена поделены – нельзя повториться,
Чужое пространство – это шар изнутри,
Такое полое, что начинает двоиться.
А любовь не приходит – ну хоть умри!
Ни теперь, ни после. Здесь весны начало,
А у людей знакомых все будни и дела.
Сначала терпели, потом мешала,
Потом заболела и почти слегла,
Почти одиночество и чувство потери,
Но все-таки радость, неистребимая, как беда,
И чувство птицы, и чувство зверя,
И того, что не случится уже никогда.
Если я бог, то где мое небо?
Мир мой, единственный из миров?
Если я бог, почему непотребна
Нежность моих воспаряющих слов?
Мелким Икаром, спичкой Вселенной,
Не понимая причины судьбы,
Падаю вниз, пламенея мгновенно,
Не различив, не успев, не побыв
С рыбами – рыбой, а с птицами – птицей,
И под прицелом намеченных вех.
Все возвращающей, властной десницей,
Только туда. И ни вздоха наверх.
Но удержать притяжение края
Вечных закатов усталой земли,
Чтобы понять, как деревья страдают,
И умирают зачем воробьи?
Чтобы потом в оглушающе летних
Сумерках ждать пробужденья травы,
Чтобы ни первых уже, ни последних…
Только любимых. И только живых.
акрил
Увидеть все, чем засветло живу,
Упершись в локти и сведя ладони.
И мир внутри, совсем не наяву,
Тихонечко и жалобно застонет.
Как будто потерявшийся щенок,
Доверчиво не склонный к укоризне,
Он может то, чего никто не смог,
Он был всегда и он умнее жизни.
И влажный взгляд, и марево любви,
И свет, и сумерки — в один поток сольются,
Он весь во всем. И только позови…
И главное сейчас не отвернуться.
А когда спешить друг к другу устали,
Сразу осень отвернулась и скрылась,
Прохожу сегодня теми местами,
Не узнать их, знаешь, все изменилось.
Заметать следы торопится город,
И следов-то тех – самая малость…
Поднимаю на ветру стылый ворот,
Лишь одна зима на свете осталась.
А тебя здесь вспоминают не часто,
Впрочем, это все, конечно, пустое…
Время к нам, ко всем давно безучастно,
Ничего лечить им, знаешь, не стоит.
Навестить тебя – мне повода нету,
А случайно встретить – где та случайность?
Набираю телефон, жду ответа…
Знаешь, все-таки, наверное, скучаю.
акрил
…Воздух заполнен ветками,
Перемещен по кругу.
Они плывут неодетыми
и нас все тянет друг к другу.
И нам расставаться не хочется,
но мы ведь взрослые люди,
я знаю чем это кончится,
я знаю, что лучше не будет.
Вбиваешь мой номер в сотовый,
и смотришь чужими глазами,
а воздух, из веток сотканный,
шепнет: «Разбирайтесь сами».
Из этих сумерек радужных
сбегаю как по тревоге…
А дома скажу: «Ну надо же,
опять промочила ноги».
Как мешает влюбленность теченью обычного дня.
Обязательным просьбам, привычным звонкам и вопросам.
Ты достанешь меня, даже взглядом достанешь меня,
и я стану ничем, просто легким огнем папиросы
в чьих-то пальцах. Уносит дыхание прочь.
А вчера ты прошел и махнул бесполезно рукою,
я лечу пропадать. Серым присвистом мглистая ночь
созывает туман, чтобы таять потом над рекою.
Скоро лета канун, обозначенный словом – весна,
и осыплются вишни и майские грянут морозы.
Я давно собираюсь смешать и забыть имена,
разметав лепестки, будто письма, в разреженный воздух.
То озон, то озноб, опалив полукружия слов,
в небесах грозовое бесчинствует, плавится жало.
Я давно бы сказала: по кругу проходит любовь,
только слеп этот странник, и ему не вернуться к началу.
Ты зашел далеко, ты сумел бы и дальше зайти,
где по пояс трава – видно вправду приснилось мне лето.
И проснуться не жаль – засыпать я боюсь. Отпусти.
И потом отпусти. И не надо мне больше об этом…
Акрил стиль Багуа
«Подними меня повыше, подними,
Не пускай туда, где желтые огни
Зазывают под стекло, чтобы сгореть
Подними меня, так легче умереть».
………………………………………..
Шорохом крыльев, похмельем ночным
Манит фонарный устойчивый дым.
Бабочка бьется полету назло
Крыльев оплавленных – не повезло.
Падает горсткой сгоревшая плоть,
Так ей ссудил милосердный господь,
Времени нету отсчета, когда
Лишь до утра доживает звезда,
Лишь до звезды догорает закат,
И никогда не вернуться назад,
И не к чему пробиваться вперед.
Сколько отмерено, столько живет,
Всяк кому жить суждено на миру,
Разною мерой. К утру так к утру.
Из поднебесной прорехи рассвет
Падал за теми, кого уже нет,
Бабочки нет, и цветка, и листа…
И на мгновенье длинней пустота.
Вот бы жизнь простоять у колодца,
Улыбаться, слов не различая,
И смотреть, как вниз ведро сорвется,
Боязливо, наклонясь у края.
Воду разносить цветам и травам,
Зачерпнув в трепещущей горсти,
Эту серебристую забаву,
Будто птицу в небо отпустить.
И блаженной дурой деревенской
Дождь ловить и собирать в платок,
С неосознанной тоскою женской
Прижимая мокрый узелок.
Обо всех погоревать на память,
Дождь прошел, и некуда спешить…
Эту жизнь, конечно, не исправить,
А другой, конечно, не сложить.
Воздух светился и оживая,
Плыл между крон
И опускался на крыши, сгоняя
Вздорных ворон,
Делая легче походку и взгляды,
Птичьим пером
Разрисовал ближних улиц фасады,
Каждым окном
Высмотрел небо. И задышало,
И понеслось.
Капало, падало и ворковало
Вдоль и насквозь.
Вдоль тротуаров и линий трамвая,
В щебет и гам.
Веток набухших черная стая
По сторонам.
И как попало по переулкам
Кружится путь,
Чтоб в ожидании сумерек гулком
Вновь утонуть.
Чтоб пропадать, как всегда пропадала,
Чтоб не одной…
Жизни оставшейся кажется мало
Каждой весной.
Я хочу побыть одна
Там, где улица видна
У двора ли, у окна –
Я хочу побыть одна,
И уйти, пути не помня,
Сквозь промокший месяц март.
Понимая, этот дом мне
Тоже, кажется, не рад.
С самым малым разуменьем
Неопознанных миров,
К церкви, чтоб просить прощенья,
Для себя разумных слов,
Что безгласна точно камень,
Верю слепо, будто зверь,
Что мечусь между флажками
Обозначенных потерь.
Все-таки пройду дорогу,
Стану жалобно кивать,
Потому что перед богом
Можно просто постоять.
Вот наконец тот самый дождь прошел,
На третий год. Он долго собирался.
Все отлегло, все будет хорошо,
Не надо повторять – ты зря старался.
А прежде я, наперекор судьбе,
Рвалась ожесточенно, кровь гудела,
Когда я вспоминала о тебе,
И вспоминать об этом не хотела.
И телефона номер как оса
Крутился в памяти и жалил непрестанно,
Я различать устала голоса,
Я даже понимать их перестала.
Идти ко дну, не узнавать весну
И выплывать – невелика затея.
Я научилась понимать вину,
Вот вспоминать – я больше не умею.
Только шелест и щебет, не порознь, а вместе,
Не воркующий плач, не скрипучий протест,
А созвучие птиц в этом летнем предместье,
Самом теплом сегодня из всех наших мест.
Где дворы заслонили тяжелые кроны,
Приравняв к облакам тополиную мглу.
Приземлено и суетно кружат вороны,
Обронив по перу, распластав по крылу
В обе стороны света. Навстречу востоку
В черно-влажном зрачке пропадает восход
А в другом, как бельмо, не ушедший до срока
Отражается лунный мерцающий свод.
И пронзенный насквозь птичий разум оглохнет,
И смятенные крылья коснуться травы,
И роса на стеблях как чернила засохнет,
Не успев дописать предрассветной главы.
Но дыханьем одним подгоняет нас воздух,
Мы идем и летим параллельной дугой,
Сознавая едва, что одни видим звезды,
Что потом все одной прорастаем травой.
акрил
Хмурится небо над Истрою,
Всякому берег – полынь.
Видишь, большое и чистое
Нас миновало. Остынь.
В малом ведь легче чуть бережней
Быть и друг друга согреть…
Знаю, что больше не веришь мне,
Что же об этом жалеть?
Перебираю по памяти
Жизни минувшую треть,
Руки друг другом не заняты,
Многое можно успеть.
Можно успеть не обманывать,
В ночь возвращаясь домой, -
Не получается заново
Бегать в любовь стороной.
Выпьешь чего-то там, крадучись,
Ляжешь затылком к стене…
Как же легко быть загадочным
И улыбаться во сне.
Сколько небесных лун моей башне,
Башне ожиданий и печали,
Коршун на плече, как день вчерашний,
Вскормлен одиночества ночами.
В одну сторону мы смотрим. Время дышит
И отсчитывает дни мои без толку,
Я тебя придумала, ты слышишь?
Торопись, теперь уже недолго.
Скакуна пришпорь нетерпеливо,
Осади у самого порога,
Я еще успею стать счастливой,
Я в тебя поверила, как в Бога.
Видишь, коршун над дорогой вьется,
Волосы смешались с конской гривой,
И слеза моя в тебя прольется –
Я еще сумею стать счастливой.
А когда поймешь ты боль и силу, -
Я дыхание твое уже ловлю, -
Скажешь то, о чем я так молила –
Я люблю тебя, ты слышишь, я люблю!
масло
Я покрашу волосы ржавой хной,
Чтоб не сделать ещё чего-нибудь хуже
Ни тебе, ни себе, а пока надо мной
Вьётся жизнь хотя бы снаружи.
Я её попыталась кормить из руки,
А она сторонилась – не ручная всё же,
И летала там, где облака легки
И ни на что уже непохожи.
Если снизу смотреть, как рыжеет лес
И, не двигая крыльями, стынет птица,
Можно вырасти, кажется, до небес
И обратно не возвратиться.
К этой маленькой точке в начале ствола,
(Если там не конец у земли, а начало).
Я теперь и не вспомню, какою была,
И не знаю, какою стала.
Чой Хун Мицуда
Гонконг, Китай
Туманный сумрак, зыбкий край,
И тишина дворов и улиц,
Там, где фонарный светит рай,
И мы с тобой сюда вернулись.
Вернулись, чтобы разойтись
По двум окраинам на сутки.
Я уезжаю. Ты не злись,
Такая, видишь, Кама-Сутра,
Такое вышло бытие,
Две кухни, время по минутам,
И утро есть твое, мое,
И общего не будет утра.
А будет скроенных часов
Случайно вырванная кража,
И никаких не хватит слов,
Молчания не хватит даже,
Чтоб объяснить зачем, к чему,
И стоит ли вообще так рваться,
Чтоб, уезжая к одному,
Совсем к другому возвращаться.
Когда от слабости немея,
С трудом я поднимаю руку,
И по-другому не умея,
Машу чужому будто другу.
И не желая приближенья,
Жалею, что проходит мимо…
Мое неловкое движенье
Бесцельно и неизлечимо.
Вино в бокале отодвинет,
Пусть ненадолго, путь к порогу,
Где ничего меня не минет,
Я просто пережду немного.
В вечернем, южном ресторане,
Где быть, не быть – мне все едино…
Но музыкант на заднем плане
Играет так непобедимо.
И что-то происходит в звуке,
Само с собой, само со мною,
Что воздух, сделавшись упругим,
Накрыл такою тишиною.
Я больше не ищу предлога
Для ожиданья и покоя,
Я просто посижу немного,
На все за все махнув рукою.
Елена Иванова - Верховская
Поэт. Поэт-переводчик.
Родилась и живет в Москве.
Окончила Московский архитектурный институт.
Публиковалась в журналах: «Дружба народов», «Кольцо А», «Юность», «Крещатик», «Дети Ра», «День поэзии» и др.
Автор книги стихов «Есенен човек» (Издательство «Българска книжица», София, 2010 г.).
Стихи вошли в «Антологию Русской поэзии. ХХ век», переведены на испанский, болгарский, сербский, македонский, хорватский и польский языки.
Член Союза писателей России, Международной ассоциации русскоязычных писателей, Союза Переводчиков стран СНГ и Балтии.
Участник международных фестивалей поэзии в Сербии, Польше, Болгарии, России, Грузии.
Сайт : http://ivanova-verhovskaya.ru/index.html
Страница художника на ФБ:https://www.facebook.com/pages//
Спасибо! Берегите себя!
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник ~ Позволить себе прикоснуться к красивому...~ | Людмила_Постникова - Дневник Людмила_Постникова |
Лента друзей Людмила_Постникова
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»