Когда-нибудь, совсем скоро, собрав наконец все самые ценные и дорогие мысли, я напишу Книгу и уеду в самое далеко, чтобы уже там, так же собравшись и разёжившись, написать еще одну Ценную Книгу. Для еще одного далеко. Снова. Пятками в ботинки, ладонями в клетчатые рукавицы, шеи в тонкие шарфы, книги под пожелтевшие от чернил обои, сломанные карандаши под ворчливые от сухих ступней половицы, а ценную книгу под зеленый платок и за шкаф, для играющихся детей. Для Чуда в тот день.
Одним пальцем на сонный сосуд, одним, самым острым, по вене вдоль глаз и в колосья рыжих вод.
С красной лентой свисающей на бок, с покровом из осенних пахнущих озер, с улыбкой под пианино вдоль намокнувшей дороги.
Ты заплачешь, руки выпрямив вдоль скул и засмеешься истерией порвав небо, и ноги устанут идти по лицам асфальтов...ты спустишься вниз и принесешь оттуда спелых вишен, чтобы раскрасить веки детям притяжения.