[700x528]

«Величие Рима повержено в прах!..» 
Кричали патриции в стенах Сената; 
В ста милях от Вечного Города страх 
На них нагоняет Спартак - гладиатор. 

«И он не один. С ним когорты рабов, 
Посмевшие в схватках разбить легионы! 
И кто же вернет им всю тяжесть оков, 
А, лучше - посадит их в лодку Харона?!» 

Так молвил сенатор - угрюмый старик, 
Отнюдь не сгущая обилия красок... 
И все обратили внимание в миг 
С надеждой на Марка Лициния Красса. 

«Оракулом» избран достойный был враг 
Для тех, кто желал «насладиться свободой»: 
«Повержен конечно же будет Спартак, 
А с ним воедино и полчища сброда.» 

И Красс предстает, одержимый войной, 
Пред «каменным» строем своих ветеранов: 
Какой же высокой заплатит ценой 
Невольник, поднявший копье на тирана?! 

Тем временем гордый фракиец держал 
Последнюю речь на военном совете; 
Предвидя уже не далекий финал, 
Он тяжко страдал, но верил в бессмертие: 

«Друзья! Мы проделали огненный путь 
С мечтой, что, возможно, умрет завтра с нами... 
В одном я уверен - им нас не согнуть, 
Как ветру не выиграть битвы с горами.» 

Пылающим солнцем сгустился закат; 
В спартаковском стане костры догорают. 
Не спят часовые у лагерных врат 
И бледные звезды тревожно мерцают. 

У грустной реки под названьем Брадан 
Луна молодая холмы освещает. 
Как призрак рассвета - болотный туман 
Укрылся в камыш и беду предвещает... 

На ранней заре просыпается Рим 
И ждет с упоением вести о бойне: 
- Спартак обречен! И мы победим! 
За воинство Красса мы будем спокойны... 

К тому же (нам верится в щедрость посул) 
Ускорить над чернью благую расправу, 
Великий Помпей и Луций Лукулл, 
Идут, упреждая друг друга и - Славу! 

Нарушив спокойствие утренних снов 
Две армии сходятся к месту сраженья. 
Не видно покорности в лицах «рабов», 
На ликах «господ» не видно презренья.. 

Итак, брошен жребий! Букцины звучат! 
И птицы кричат погребальные песни... 
Сегодня работа коснулась меча: 
Его ремесло хорошо всем известно. 

Не долго сраженье на равных текло, 
Повстанцы теряли, и веру, и силы... 
Кровавое солнце на запад ушло, 
Для многих лучи навсегда погасило. 

Марк Красс улыбался победе своей, 
Когда ей, как свежей весною, дохнуло: 
На юге отчетливо «вырос» Помпей, 
С востока шагали колонны Лукулла. 

Со свежими силами бросившись в бой 
Разгром гладиаторских войск довершили, 
И, нехотя, славу деля меж собой, 
Патриции «варваров беглых» пленили. 

Шесть тысяч распятий из Капуи в Рим 
Дорожную ленту собой увенчали, 
И долго еще убивались по ним, 
И дети, и матери в горькой печали. 

Спокойно несет свои воды Брадан 
Среди апулийских земель благодатных... 
Но двадцать столетий не вылечат ран, 
Свободной мечте нанесенных когда-то. 
(1997)