Скоро Новый год, а мне почему- то вспомнилась одна грустная картинка из старинной газеты. Ничего подобного в Инете не найдешь.
Она выглядела так. Заснеженная улица. Отец посадил сына на плечо, чтобы тот мог заглянуть в окно уютного дома. А там, за окном, нарядные мальчики и девочки танцуют вокруг рождественской елки. А у этих бедолаг не только елки, но и дома, возможно, нет. Зачем отец показывает маленькому сыну чужое счастье? Может быть, они когда-то жили в этом доме или знают там кого-нибудь? Или он говорит сыну, что скоро все изменится, у них тоже будет дом, елочка на Рождество, вот такая, смотри, сынок. Их лиц не видно, но тоскливо сгорбленные фигуры вызывают острую жалость, чего, собсвенно, и добивался художник...
А я смотрела и думала: кто этот мальчик, лишенный детских радостей, что с ним будет? Как его жалко сейчас, и каким страшным он может стать потом! Может быть, на плече у отца сидит маленький Сосо Джугашвили или Лейбочка Бронштейн? Или Яков Юровский? (О перовских-гриневицких я не думала потому, что картинка (это была чуть ли не открытка!) была нарисована на рубеже прошлого-позапрошлого веков). Вы эту елочку вспомните, господа. Может быть, Коленька Гумилев был обречен потому, что у него в детстве была елочка, теплый дом, любящие родители? И не при чем тут заговор, стихи, львы, прекрасные дамы, война?.. В общем, бонжур, господин Шатобриан!..
Спать надо ложиться раньше и не позволять себе думать о грустном... Жаль, что не сохранилась та картинка. Я ее кому-то в конверте послала. А в Инете нет. Кто думает, что в Инете есть все, тот ничего не знает об Инете.
Наверное, он верит, в Деда Мороза. Но нет той елки, под которую нужно класть подарки.
А это — Владимир Галактионович. Кто не знает, что он здесь делает, тому повезло: его в детстве бабушка не мучила историей Васи и Маруси.
С наступающим! И — ложитесь спать пораньше, чтобы грустные мысли не успевали прийти!
