То, что ниже - это вроде как выход для моего Праздника Высокой Словесности.
Скорее всего, продолжать этюд не буду, ну а вообще - как пойдёт. И как-то слишком пафосно получилось.)
Кстати, сама пока что до сих пор не знаю, что это за загадочный мужчина. Но идеи есть.)



Стояли мягкие голубые сумерки. Город накрыла сонная тишина, все улицы были погружены в лёгкий полумрак. Любой случайный путник, окажись он сейчас на главной площади города, счёл бы его вымершим и с тяжёлым вздохом продолжил свой нелёгкий путь.
Из-за облаков медленно и величественно выплыла луна, выплеснув свой яркий белый свет на гладкую каменную брущатку улиц, которые тотчас же засверкали прозрачным неземным блеском. У этого немого торжества не было ни свидетелей, ни уастников, если не считать молчаливой луны, но это ни столько умаляло, сколько увеличивало его необъяснимую ценность и тонкую красоту.
Часы на городской церкви гулко отмерили третий час после полуночи. С колокольни с шелестящим шумом поднялись тучи разбуженных голубей и спешно улетели прочь. Казалось, лишь у этих вздорных птиц была высокая привилегия нарушать эту ночную идиллию. Но в ту ночь тишина была какой-то особенной.
Незаметно для кого бы то ни было, неслышно разрезая воду, в порт вошёл небольшого размера бриг. Моряки, пришвартовывая его, напоминали тени, потерявшие своих хозяев и превратившиеся в самостоятельных существ, таинственных обитателей ночи.
Вереницы матросов, таскавшие различные ящики и тюки, сновали взад-вперёд по трапу. Голоса этой разномастной команды негромко гудели, постепенно сливаясь в единый нарастающий гул, разносившийся по молчаливым мощёным набережным, подобно шуму штормовых волн.
Конечно, этого не было достаточно, чтобы хоть немного пробудить город ото сна, но в маленьком домике у самой пристани зажёгся свет. Отворилась, натужно скрипнув, старая хлипкая дверь и из дверного проёма вышел старик с масляной лампой в руке. Лампа моталась из стороны в сторону, и приближавшееся к кораблю размытое пятно света плясало в воздухе, словно живое. Вскоре свет подплыл к морякам и остановился. Сторож сосредоточенно нахмурился и поднял фонарь на уровень глаз. Он был одет в грязноватую серую куртку и подозрительного цвета брюки, худую шею обхватывал широкий платок. При свете лампы можно было разглядеть его хмурое с резкими чертами лицо, изборождённое морщинами. Пепельно серые волосы без единой седой пряди немного закрывали лоб, а чуть сощуренные глаза пристально разглядывали многочисленных незнакомцев.
-Вы кто? - грубо спросил сторож низким сиплым голосом.
Из толпы застывших теней выступила целиком закутанная в чёрный плащ фигура. Лицо в сумерках разглядеть было сложно, к тому же зренме сторожа давно его подводило, а светить лампой незнакомцу прямо в глаза старик не решался. Видно только было, что это мужчина с вьющимися тёмными волосами, спадавшими ему на плечи. Казалось, луна специально спряталась за облака, чтобы не освещать своим призрачным сиянием этого человека.
Тут, расталкивая матросов, к человеку в чёрном поспешно проскользнул невысокий мужчина и бстро заговорил:
-Мы - простые путешественники, сударь. Ведь вы не будете возражать, если мы, - он как-то неопределённо махнул рукой на груду за своей спиной. - ненадолго остановимся в вашем гостеприимном городе?
Старик снова оглянул всё это странное сборище и, задержавшись взглядом на Чёрном Господине, кивнул.
-Думаю, вы здесь никому не помешаете.
Вернувшись в свою хибару, сторож рывком захлопнул дверь и попытался отдышаться. Эта ночь начиналась также, как и тысячи ночей до неё. Но он точно знал, что она предвещало что-то недоброе. И точно знал, что Господин в Чёрном не просто так посетил их маленький городок и не просто так нарушил тишину, которая совсем недавно его окутывала, а теперь исчезла.