О Витхала, стоящий на берегу Бхимы, Ты утруждаешь себя ради Своих почитателей: многообразно заботишься о них, снова и снова нисходишь для их блага. Ты милосерден к нам, но страшен для демонов. Ты возлежал посреди Молочного океана, когда землю заполнили демоны, поэтому Ты появился на свет в доме пастухов; Пундалика установил Тебя в Пандхари. Тука говорит: тебя можно обрести верой.
Угощение готово, Ракхумаи ждет Тебя, в кувшине нагрелась вода, Она растолкла своими стопами порошок для Твоего омовения. О Пандуранга, из-за Тебя пир не может начаться; гопи принесли кувшин и ждут, чтобы наполнить его водой, дабы Ты мог омыть лицо и руки. Все девы собрались, готовые служить Тебе; пригласить Тебя пришли Уддхава и Акрура. Расстелено ложе из благоуханных цветов; на блюдах расставлены украшенные драгоценными камнями лампады, рядом пучки травы куша и листья бетеля, приготовленные для Твоего наслаждения. О Господь Пандхари, Тука умоляет Тебя: посмотри же сюда; Тука говорит: пусть каждый из вас будет бдителен.
Я буду петь «Кешава, Мукунда, Мурари, Рама, Кришна» – могущественные имена, которые уничтожают всякий грех. О жизнь, и в то же время смерть мира, о Ты, кто одновременно Карлик и Вселенная многообразной славы; о вместилище и доброго, и злого, сокрушитель Мадху; Ты, разрывающий узы бренного бытия, носящий боевой диск и палицу, могучий герой, что сметает демонов! О воитель, носящий корону, усыпанную драгоценными камнями, о щедрый владыка, который отдает людям мир, о первообраз Мадана, зачаровывающий дух, о отрада пастухов и пастушек! О Канха, несравненный мастер актерской игры, всесовершенный, обладатель всех благих качеств, лишенный каких бы то ни было качеств, Тот, кто видит и знает все; Ты, кто создал солнце и другие светила, но не позволяешь гордыне даже приблизиться к Тебе, – как могу я служить такому Богу? Какую мелочь я могу предложить Ему? Его невозможно постичь без веры. Тука не позволяет своей душе оставить Его стопы.
О Васудева, Господь обездоленных, лотосоокий, преславная вечность! О дарующий счастье своим почитателям, во всех мирах нет места, где не было бы Тебя! О Бесконечный, Владыка Вселенной, о высочайший образ, о нисшедший в образе Ваманы! Творец Брахмы, Господь Вайкунтхи, непостижимый для Вед и шастр! О всепроникающий, чьи руки повсюду, о неизмеримый! Око мира, Бог Вселенной, древний отец Брахмы! О Пандуранга, слуга своих почитателей, уничтожающий их страхи, о лучший из существующих! О бесконечный, Ты наполняешь Собой ум каждого, Ты пребываешь вне и общества, и уединения! О Владыка чувств, Твоим простым почитателям неведом Твой высочайший образ; прими же свой проявленный образ, дабы они могли почитать Тебя, говорит Тука.
О пребывающий в Молочном океане, возлежащий на Змее! О принимающий образ ради своей божественной игры и несущий радость гопи! О Ты, чей проявленный образ – лишь украшение для Твоих почитателей, океан благих качеств, чей истинный образ неведом! О Тот, кто принимает неисчислимое множество обликов, чей подлинный образ безграничен! О прибежище сострадания! О Господь, дающий защиту божествам и рассеивающий страх мирского бытия у своих почитателей! О Тот, кто всепроникающ, и в то же время пребывает за пределами всего, О Господь Вайкунтхи, спаситель Гаджендры! О дарующий счастье своим простосердечным почитателям, во всех мирах нет места, где не было бы Тебя. О Тот, кто приводит в движение наши умы, о океан знания, собственноручно защищающий Своих почитателей, о сокрушитель демонов! О Нараяна, гордый Своими слугами, о Пандуранга, жизнь мира! Отец Брахмы и остальных богов, причина всех действий, сам не совершающий ничего, пронизывающий Собой каждый атом и каждую мельчайшую частицу всего сущего, спаситель грешников! Таковы слова Туки.
Изначальный источник всех святых мест, плод всех обетов, сам Брахман воплотился в Пандхари; мы видели Его своими собственными глазами; наши глаза так долго были вынуждены поститься, но теперь, наконец, их заветное желание исполнилось. Жизнь всех жизней, спутник в счастье, Он стоит в полный рост, уперев руку в бедро. Отец Вселенной, океан милости, Он сокрушает нечестивых и любит смиренных. Этот безграничный образ почитают боги и созерцают мудрецы. Тука говорит: я не нашел Его в Ведах; я нашел Его, когда пел песни о Нем.
Довольно; мне не нужно дополнительных доводов, чтобы утвердиться на этом пути. Множественность богов – всего лишь плод нашего воображения, все это неистинно; Бог - один. Если рассмотреть предписания, связанные с поклонением, кто способен разделить их на хорошие и дурные? Кто знает, что должно делать, а что нет? Предоставим же их всецело самим себе и избавим себя от угрозы страданий. Тука говорит: пой же хвалу этому Богу; о душа моя, пой хвалу с радостью.
Что для меня любой бог, кроме Господа Пандхари? Когда река вливается в океан, она теряет все свои отличительные черты. Когда восходит солнце, все прочие светила исчезают из виду. Тука говорит: я не знаю никого, кроме Господа Пандхари.
Отныне я буду почитать всех живых существ. О Нараяна, я буду сознавать Твое присутствие каждый миг. Хотя я признаю авторитет Вед, я стану исключать те отрывки, которые учат двойственности. Тука говорит: тогда я не пожелаю иного общества.
Все, что я ни делаю, о Господь, я выполняю как служение Тебе. О Нараяна, о Высший Дух, между нами нет различия. Мы не знаем ничего, кроме Тебя; об этом свидетельствует самому себе наш собственный ум. Тука говорит: о Господь Вселенной, разве это не истина?
Разве будут люди отворачивать носы от аромата сандалового дерева? Разве они отвергнут золото – может ли случиться такое? Сахар одинаково сладок для всех, молодых и старых. Тука говорит: если бы мой ум был чист, зачем было бы людям порицать меня?
Сладость пронизывает сахар, точно так же Бог пронизывает мое существо; теперь я буду поклоняться Ему настолько правильно, насколько это в моих силах; Бог одновременно внутри и вне живого существа. Зыбь неотлична от воды, на которой появляется; золото, даже в виде украшений, все равно остается золотом. Тука говорит: так же и мы в Нем.
Что знает цветок лотоса о собственном аромате? Им целиком и полностью наслаждается пчела. Точно так же Ты не знаешь Своего собственного имени, но нам известно счастье любви, которое рождается, когда мы его воспеваем. Корова-мать ест траву, а теленок наслаждается сладким молоком; он наслаждается тем, что производит не он. Тука говорит: жемчужина пребывает в раковине, но та не видит ее и не способна насладиться ее красотой.
Твои стопы для меня все; да буду я уповать исключительно на Тебя. Я вижу Твои стопы повсюду; Витхала пронизывает все три мира. Споры о Твоей природе – лишь лабиринт, из которого нет выхода; избавь меня от участия в них. Тука говорит: ты присутствуешь даже в мельчайших частицах мироздания, и в то же время я вижу, что Ты больше, чем само пространство.
Мы любим этот никчемный мир только пока неспособны увидеть Того, кто пронизывает его. Нараяна – отец мира, Нараяна пронизывает его; когда мы принимаем Его в качестве своего идеала, все прочее оказывается ложным. Когда восходит солнце, нам становятся не нужны светильники: их огни теряются при дневном свете. Тука говорит: груз прошлого удерживает нас в тисках мира; тайна спасения – в Нараяне – вот несомненная истина.
Хари внутри и вовне; Хари запер меня в моем сердце. Хари придавил камнем мои желания; Он ограбил меня, лишив мирского богатства. Хари отдал мне свою душу в обмен на мою; Он создал пропасть между мной и другими людьми. Тука говорит: Хари неотделим от нас, Он окружает нас со всех сторон.
Совершенные йогины сидят, укрывшись в тихих местах, погруженные в созерцание; Он нисходит к ним, чтобы защищать их; Он утоляет их голод и жажду; когда им жарко, Он дарит им прохладу; они научились пренебрегать телесными ощущениями. Чье общество приносит им радость, кроме общества Хари? Какое мирское наслаждение волнует их души? Они ни на мгновение не прельстятся положением царей. Тука говорит: безмерной милостью Нараяны яд превращается в нектар.
Если говорить о Его доброте, то Он исполняет все желания; если о сладости, то как сладостно Его имя! Если о милости, посмотри, Он безупречно милосерден; если о смирении, то Его смирение таково, что Он никогда не беспокоит своих слуг. Щедрость Его настолько велика, что Он готов отдать даже свою Супругу; Он торжествует над временем и смертью. Что касается знания, то Он -- океан мудрости; но все эти качества открываются лишь тем, кто знает Его одного. Он стар, как время; невозможно проследить пути, которыми следуют его божественные игры. Среди пастухов Он был простым пастухом, среди слабых женщин – ловким плутом. Его можно назвать простаком, ибо Его можно покорить с помощью веры; можно назвать жадным, ибо Он любит подбирать остатки чужих трапез; можно назвать уродливым, ибо Он влюбился в Кубджу; можно назвать пугливым, ибо Он страшится греха. Что касается игр, то Он единственный, кто может в них играть; в танце Он единственный, кто подлинно владеет этим искусством. О Господь, Ты скрываешься в глубинах нашего духа, и все же, хотя мы схватываем Тебя, Ты остаешься вне нашей досягаемости. Если назвать Тебя лучшим, то, посмотри, Ты наилучший из всех; если худшим, то Ты наихудший. Тука говорит: я говорю истину; мой путь поклонения – подлинный.
Если Бог – твой друг, тогда весь мир дружествен тебе. Мы видим это на опыте, тем не менее, люди тревожатся без причины. Если Бог защищает человека, ему не сможет причинить вреда /даже/ огонь. Тука говорит: Хари защитил Прахладу!
Тот, кто несет усладу святым, есть смерть смерти, равно как сын богача тоже богат. Если ты станешь внимать Ему, то не услышишь ничего, кроме Единого; Он защищает тебя от изнурения страстными желаниями. Он хочет освободить тебя от любого греха, который ты только можешь на себя взять; не ищи никакого иного источника избавления. Тука говорит: тень древа желания – вот самое главное: есть ли такое сострадание, которого было бы не найти там?
Кришна – моя мать и мой отец, моя сестра и мой брат, моя тетя и мой дядя. Кришна мой учитель и лодка моего спасения. Он перевозит меня через реку мира. Кришна – мой собственный ум, моя семья, а также мой самый лучший друг. Тука говорит: святой Кришна – мое убежище; я решил никогда не разлучаться с Ним.
К чему или к кому мы будем обращаться с мольбами, о Наполняющий собою землю и всю Вселенную? Кто еще ведает, как исполнить сокровенные желания наших сердец? Что суть другие правители и цари? Кроме Тебя нет в трех мирах никого, кто дарует освобождение, кто спасает нас. Когда мы размышляем о Твоих имени и образе, грех и страсть в ужасе уносятся прочь, желания уничтожаются. «Хари» – Пураны по праву называют Тебя этим именем, ибо оно отнимает смерть и последующее рождение у тех, кто находятся в их оковах. Зачем мне зря расходовать слова? Для меня совершенно бесполезно прославлять кого-либо, кроме Тебя. О Разрушитель мира, /даже/ Великий Змей утомится, описывая твою славу. Пусть же мой дух, исполненный уверенности, покоится у Твоих стоп; что пользы просить о чем-либо другом? Видят люди, что Ты не зря носишь имя «Господь убогих»; Ты спас множество несчастных, множество преступников, множество грешников. Тука пребывает у Твоих стоп; о Господь, защити Его! Я молю о том, чтобы Ты позволил мне служить Тебе.
С какими трудностями можем мы столкнуться в житейском море, если Он указывает нам путь и идет впереди? Пандуранга – надежный корабль; Он не допустит, чтобы наши стопы или тела промокли. Множество святых уже пересекли этот океан и достигли противоположного берега. Тука говорит: сейчас нам выпала редкая возможность, идем же скорее за Ним!
Боевым диском и палицей в руках Он постоянно защищает Своих почитателей, что склонились у Его стоп, и сокрушает порочных. Непознаваемый принял образ, Несравненный явил нам себя. Тука говорит: Витхала исполняет желания каждого человека.
Не сомневайся, это бренное тело разрушится – почему же тогда ты не воспеваешь Его имя? Его имя спасло неисчислимые миллионы /живых существ/; благодаря ему они достигли Вайкунтхи. В трех мирах нет ничего, что сравнилось бы по своей благодатности с Его именем – почему ты не возглашаешь его? Тука говорит: Его имя прекраснее Вед; Гопала дарит нам его безвозмездно.
Отбросив все сомнения, считай того, кто правильно воспевает имена Рамы-Кришны и удерживает в памяти Его цветом подобный грозовому облаку образ, брахманом, каково бы ни было его рождение. Украшениями ему служат покой, любовь и сострадание, его терпению нет предела. Тука говорит: все шесть врагов больше не властны над ним; он есть сам Брахман.
Бог служит Своим слугам, Он не может стерпеть, чтобы они были хотя бы в малейшей нужде, Он отбрасывает угощения, приготовленные для Него, и устремляется им на помощь. Вот каков Океан милости, что стоит на каменном возвышении; совершенный в щедрости, Он являет себя в обмен на преданность. На Его груди виден священный отпечаток стопы, украшение, которое оставили там Его почитатели. Он не испытывает от этого никакого неудобства; Он радостно терпит, что Его попирают ногой. Сатьябхама отдает Его в дар; Он не старается это скрыть. Он кладет стопы Своего слуги Себе на голову и выполняет Свою задачу. Он сторожит врата Бали; Он управляет колесницей Арджуны. Он служит Своим слугам как истинный их подчиненный. Из должного почтения Он не будет тревожить Пундалику, Он скромно стоит позади него. Тука говорит: почему ты не поклоняешься столь милосердной Матери?
Кто сравнится с Тобой в великодушии? Ты даруешь Своему слуге счастье находиться подле Тебя. Ты не смотришь, чист он или нечист, или каково его происхождение; Ты очищаешь его своим пребыванием в его теле. В его доме Ты будешь есть даже горькую пищу, но Ты не примешь изысканных яств от нечестивых. Ты не покинешь дома Своих слуг, даже если Тебя станут там бить, – и это притом, что Ты не будешь посещать умы йогинов. Тука говорит: эпитеты, которые Ты носишь, даны Тебе по праву – так говорят четыре Веды.
Как Он милосерден! В беспомощных Он находит свою высшую отраду. Он взваливает себе на плечи груз забот о них; Он берется за труд обеспечить их всем необходимым и не дать этому исчезнуть. Он заботится о том, чтобы они не уклонились с пути, Он берет их за руку и ведет. Тука говорит: такова бывает награда, если ты с абсолютной преданностью следуешь за Ним.
Бог нежно любит человека, который оставил мир, Он вихрем устремляется за ним и берет на себя его радости и печали. Благодать Витхалы делает за него все, ему нужно лишь воспевать имя. Тука говорит: любящее сердце Витхалы нежно и свободно от хитрости.
Почему ты оставил такого вожатого? И почему ты выглядишь таким несчастным? Твое сердце исполнено страстей; у тебя в руке нет ничего, кроме пыли. Пандуранга – царственный и великодушный господин; Ему не нужно ничего, кроме листика туласи и воды; Он жаждет сосредоточенной преданности; тебе не надо спрашивать, какую должность Он дарует тебе, равно как отправлять к Нему просителя ходатайствовать о твоем деле. Он сам руководит служением себе и выносит взыскания в том, что касается служения. Тука говорит: ты не столкнешься с препятствиями, если пойдешь на встречу с Ним; отправляйся же без лишних слов и обними Его стопы.
Хотя наш Господь столь велик, вера может заставить Его найти пристанище в шкатулке. Он принимает образ, который придают Ему почитатели; Он осуществляет свои желания, как только они у Него возникают. Хотя Тот, кто дает нам мир, столь велик, Он просит у нас листик туласи и воды. Он принимает имя и образ; Он делает Себя легкодостижимым, говорит Тука.
Вот Господь Пандхари, понуждаемый нашей верой, стоит, готовый /придти нам на помощь/, и ждет нас. Примем же Его в наши сердца, – Его, чьи пределы невозможно установить. Мы забыли о своих телах и заманили Его в нашу ловушку, воспевая Его имя. Когда Он намеревается спасти своих святых, то не разбирает племени, происхождения и репутации. Как хорошо, что мы открыли эту тайну; нам больше не надо блуждать в поисках ее разгадки. Он бессмертный, всегда жаждущий помочь Своим преданным почитателям, великодушный господин; четырехрукий Бог почитает Своих святых. По собственному изволению Он становится то огромным, то маленьким; Его образ прекрасен и очарователен; Он исполнен любви к благочестивым, Он являет святым Свое почтение, всемерно помогая им -- мы раскрыли эту тайну, поэтому теперь наше главное дело – молить о милости святых. Тука говорит: я накрепко свяжу себя с Господом Пандхари в духе безраздельной преданности.
Древо желаний не пренебрегает теми, кто обращается к нему; но Ты лучше всех древ желаний, ибо Ты не требуешь никаких просьб. Внемли! Если Ты даешь кому-то дар, он пробуждает в нем чувство гордыни; поэтому Тука, жалобно стеная из-за этого, умоляет: не одаряй меня никаким даром, кроме Себя Самого!
