. . .

Алкоголизм-маразм крепчал, шкварчал,

как волны в окияне,

я не сатир и не кумир,

здесь можно просто, на диване.-

Я пью за глупых женщин,

за пьяных пошлецов,

за тихоблудность пиршеств,

за резвость дураков.-

 

. . .

Спустился ангел с высоты

и заглянул мне за корсет,

он был небесной долготы

и в золотой смотрел лорнет.-

 

Я млел сначала на распутье,

в бесплотный этот променад,

потом побрел обратно в путье,

смотреть с надеждой новых гад.-

 

И снова блажь, и снова похоть,

и эти ноги промежь глаз,

и хвост обвился вкруг березы,

и чей-то бесподобный таз.-

 

Перегрузился, зависаю

и снова ноги, не мои,

и друг ушел, какая глупость-

мы с ним играли в дуэли.-

 

. . .

Процесс не ждет,

а ты в другую сторону направил ноги,

как обреченный инвалид грядешь на радость кутерьме,

и под почтенностью - уставшие колени, и нетопырь попутчик твой.-

 

. . .

Опять влюблен, в который уже раз,

надеюсь, что в последний,

она несет седую прядь,

лишений и амбиций.-

 

Вдвоем, устав от кутерьмы

надеемся на самость

и чресла в узел сочтены,

и импотенций малость.-

 

АБСУРДИЗМ

                         Коль скоро мы произошли от Адама и Евы -

                         вся наша жизнь,- один большой инцест.-

Не знал, что ангелы летают косяками,

промежду прочим, как бы невзначай,

и машут бледными крылами,

и правят мой унылый май.-

 

И вновь запой, и снова похоть,

порок давлеет не шутя,

и отрастает черный ноготь,

и стонет левая ступня.-

 

Задел положен, сняты нивы,

во рту несу прогорклый крест,

под старой облетевшей ивой

творю полуночный инцест.-

 

. . .

                            К той женщине, которая курит.-

Я предчувствовал смерть,

хоть к смерти и не был готов,

но мы повстречали друг-друга,

мой бледный друг, ты совсем продрог,

пойди, отогрейся в мой кабинет.-

 

. . .

Вот круг, вот цепь,

какие могут быть надежды,

отринь свою гнедую прядь,

на откуп сатане,

прижмись к спине жены,

читай природу, жди

и за тобой придут.-

 

. . .

Стоймя стою вколоченный в обочину,

и держат дни своей лихою круговертью,

друзья ушли, одни, супруга подпирает,

какие могут быть теперь моменты.-

 

Отдушина - письмо, хотя бы что-то я умею делать кое-как,

но вновь завязли ноги в тине обстоятельств.-

Трапеция не ждет лихого канатоходца,

и Ницше уж не бдит, все очень беспокойно.-

 

Зачем взвивать лихое коромысло

и без того все кисло.-

 

Вхожу в обитель меланхолии и снов,

бреду с судьбою нараспев

и в дерзких зеркалах, чужих

свои роняю лица.-

 

. . .

Мгновений тьма

и немощь уймища -

блудливые фрагменты,

и вновь истерик кутерьма,

какие могут быть теперь моменты.-

 

. . .

Отпела, откружилась голова,

а ты, как буд-то наяву,

идешь, молчишь и грезишь плахе в такт,

и рубишь головы сплеча.-

 

Как в шахматах - великий смысл,

смычком играет канифоль,

какой же в этой жизни прок,

когда Ветхозаветный невдомек оброк.-

 

Живу на вздрыг, в налет и наискось -

другого не дано, да и едва ли надо,

беру взаймы у частных лиц, увы, кредитов банки не дают.-

Иду некрепко, присыпал голову седым старанием

и докторат прогнозами унылыми радеет.-

 

. . .

Опадает сирень и сколько при этом стоит любовь?-

Она стоит, пока танцуют стриптиз,

и одиночество заканчивается тогда,

когда перестаешь запираться в туалете.-

 

И мимоходом солнце,

и огонь откровений,

и колодец беспечности,

и мы - не сыты.-

 

. . .

И бредят в тусклой суете,

не те, не те, не те, не те,

и ухожу в вертеп блядей,

хоть, а бы как, но вновь налей.-

 

Я Бога опасаюс, но не боюсь,

своих дщерей довольно,

лгунов, за их тугую плеть,

расстреливаю на распутье.-

 

Довлеет бледный Капитолий спесью,

сермяжных дней витую нить,

и вепрь нестрашный и убогий

меня уже не может удивить.-