Когда Курчатов уже освоился с жизнью полной опасности не то, что каждую минуту, а скорее каждую секунду, ему стало легче. Не то, чтобы ушли трудности, нет жизнь все также была полна опасностей. То чудовище погонится какое нибудь, то ящер сверху спланирует в надежде поживиться им. Но еще опаснее были змеи и насекомые, кишевшие десятками особей на земле и миллионами в воздухе. Лес, кустарник и даже трава были полны опасностей. Казалось даже природа ополчилась против него, будто мстя за свое незавидное будущее, как будто зная, что и он повинен в ее увядании там- в далеком будущем. То проливные по несколько недель дожди, как из ведра, то жара все высушит за пару дней так, что звери у водопоя не обращают внимания друг на друга, лишь соблюдая кем то установленную очередь утоления жажды. Звери всегда заходили в воду, погружаясь в нее всем телом. Даже на него не обращая внимания. Мучили Сергея боли в желудке от пищи, к которой он «приучал» его, желудок. Часть трав и кореньев оказались ядовитыми, многие наркотического воздействия. То же самое и с мясом мелких животных и птиц. Первые месяцы он прожил на «подножном» корме, часто есть приходилось только сорок и змей. Его силы истощали поиски еды, жилья, поддержание огня, борьба со всем, что движется и ползает и , конечно холодные ночи, проводимые им у костра почти без сна, потому что он просыпался то от холода, то от шорохов в ночи ежеминутно.
Все это его закалило так, что теперь он бы смог преподавать науку выживания лучше любого землянина нашего времени. Первое, что он вынес из своего пребывания здесь- это стать невидимым для лесных обитателей даже ночью. Поэтому костер разводил только в холодные ночи. На самом высоком дереве сделал себе неплохую квартирку с хорошей крышей из широких листьев дерева похожего на папоротник, крепко сплетя лианами и широкими полосами этих же листьев. Все ветки спилил. Забирался по лестнице, сделанной из лиан и крепких сучьев из сухих веток. Кору с дерева пришлось тоже срезать и ствол натереть вытопленным жиром какой то несъедобной твари. На водопое он постепенно приручил молодых дракончиков и несколько птеродактилей. Мешали, выдавая его перемещение сороки. Здесь они были, как воробьи на земле его времени- основным из видов птиц. Но со временем, пропахший насквозь всеми запахами леса, он и им стал безразличен. Хоть у него и был пистолет, но два арбалета , что он мастерски сделал в первые же дни своего пребывания здесь выручали его не раз.
Несколько выстрелов по напавшему на него ящеру привлекли столько тварей, что он едва спасся на дереве, а когда слез даже костей не увидел внизу. Вообще он почти сразу понял, что стрессовые ситуации приводили в действие временную петлю и час его пребывания на дереве порой равнялся году внизу. Теперь он старался жить со временем мирно. 2 раза, прирученные и помеченные им динозаврики кидались на него. Благодаря им он и понял, что вырасти за несколько часов они не могли. Понял также, что терять жилье и место приземления, которое он хорошо отметил и маячком и подпиленными верхушками деревьев нельзя. Он все еще надеялся, что его заметят с вертолета, да и самому легче возвращаться к обжитым местам. В радиусе 40 км у него уже было 3 таких же дома. Записки, оставленные в домиках он снабдил планами местности с указанием каждой ночлежки. Сообщалось друзьям и о других местах, возможных встреч по часам, в том числе и на водопое. Время шло, вертолет не появлялся. Зато как то раз его разбудила мелодия звонка его сотового телефона. Раньше он его включал только по привычке на пару минут посмотреть фото жены и детей, а тут заснул…Голос жены, смех дочки, ее вопрос:- Мама ты папочке звонишь? И гудки отбоя…
В тот день Курчатов и повстречал племя людей той эры. Встреча произошла на редкость в благоприятной для него обстановке. Когда он вышел на поляну с десяток мужчин загоняли его динозавра в яму- ловушку.
-Ко мне Дино,- крикнул он, выстрелив в воздух.
То ли выстрел так подействовал, то ли его вид, но все упали ниц лицом и подняв вверх руки запричитали и поползли в его сторону, то опуская лицо к земле, то глядя на него и простирая к нему руки. Динозавр, подбежав и облизав ему лицо уселся на длинный хвост, как сторожевой пес. Из дебрей папоротникового леса выбежали 2 динозавра и побежали к ним. Курчатов растерялся. Убежать,- мелькнула позорная мысль, -или стрелять еще больше раздразнив этих чудовищ.
Вдруг динозавр Дино вскочил и помчался к тем двум у опушки леса, радостно повизгивая и виляя хвостом. Они остановились, приподнявшись на задних лапах во весь огромный рост и вытянув свои морды в сторону людей, но рычать перестали. Курчатов, не выпуская динозавров из виду, быстро подошел к лежащим и стал поднимать одного из них, напрягая мысль, чтобы телепатически воздействовать хоть на одного. Тот встал не сразу. Жестом руки, показав вверх, а одного даже пнув, Курчатов наконец поднял и остальных. Потом поманил за собой и пятясь, потащил к лесу первого и все быстро пошли за ним. Дино прибежал через пару минут. Хорошо, что они еще были на поляне и видели, как два динозавра чинно удалились в джунгли. Еще долго слышен был топот их ног и треск ломаемых ими деревьев. Припавших к его ногам пришлось поднимать силой. Жестами и миролюбивыми ласками Дино Курчатову с трудом удалось успокоить дикарей. Видимо их вожак, во всяком случае он был старше всех, положил свои руки ему на плечи, затем одну прижал к сердцу, снова обе поднял к небу, потом обвел рукой всех и по его жесту соплеменники упали на колени, вознеся руки к небу и к Курчатову.
Не зная, что еще сделать Курчатов положил свои руки на плечи старшему, а потом почему –то ему на голову. Все опять простерлись перед ним и, подползая стали целовать его ноги и руку. Наконец церемония закончилась и его жестом пригласили следовать за ним. Через 2 дня и одну ночь пути они приблизились к горам, величаво вставшим во всей своей первозданной красе перед ними. Вдали виднелось 2 вулкана, явно действующих, во всяком случае дым и шум говорили об этом. В пещере, где было человек двести его опять ждала та же церемония. Ясно было, что он гость с неба, если не сам бог для них. Думать об этом уже не было сил и Курчатов сытно поев, и накормив Дино, впервые за год безмятежно заснул.