Это всегда приходит неожиданно, как если бы произошла ядерная война и на Земле не осталось бы ничего живого.
Все существование на кону, а ты сидишь и думаешь о том, что любишь вот её, но его тоже.
То есть тебе с ним весело и он рядом - ты его уже немеренное количество времени знаешь, и он сам приезжает к тебе.
Целует тебе руки\щеки, и, как по строгой договоренности, никогда не трогает твои губы.
На них у меня отныне монополия.
А еще есть Стас.
От которого даже не ждешь ничего. Никаких резких признаний в любви, его сволочизм дошел до той меры, рядом с которой даже Хаус не стоял.